– Ну что смотришь, друг детства?..
– Прохрипел еле слышно по-русски Сергей.
– Не того спас? Так оставь меня на хрен, и уходи!..

– Ладно… Придется тебя спасать!..

Александр не понял ни слова из сказанного, но теперь он уже не думал и не собирался отступать…

Пройдясь по широкому дикому пляжу, он дошел до его кромки, где росли какие-то чахлые кустики и такая же чахлая травка, побродил там несколько минут, и вернулся к раненому, неся в руке два зелено-серых пучка…

– А сейчас, старый друг, я буду тебя лечить…

Он вынул из ножен, закрепленных на голени, свой нож аквалангиста, и аккуратно отрезал от гидрокостюма Сергея всю правую сторону вместе с рукавом, он шеи, до подмышки…

Он стянул эту часть с руки Сергея, и открыл рану…

А дальше…

Дальше пошло какое-то первобытное священнодейство…

Нет, не зря Александр прожил среди туарегов столько лет, и не зря учился этому врачеванию у Амаль…

Он стал жевать горькую траву, а затем сплевывал эту, грязно-зеленую кашицу прямо на рану, проталкивая ее внутрь, в плоть… Сергей стонал, но был настолько обессилен, что не мог не то, чтобы отбиваться от этого варварского врачевания, но даже и говорить…

Закончив с травой, Александр встал на ноги, прихватил с собой маску Сергея, отошел на несколько метров в сторону, и расстегнул свой гидрокостюм…

Через минуту он уже снова присел рядом с Сергеем, и стал поливать его рану теплой мочой…

– А-а-а-а!
– Вскрикнул Сергей.
– А-а-а-а! С-сука!

– Терпи!
– Проговорил Александр сурово.
– Через несколько минут тебе станет легче, и ты сможешь идти! А идти нам придется долго!.. …Они разговаривали на разных языках - Сергей по-русски, Александр по-французски - и совершенно не понимали друг друга, но… Сергей чувствовал, что его старый друг, которого он, волею судеб, записал себе во врага «№1», теперь совершенно бескорыстно пытается его спасти, и не сопротивлялся, а только шептал негромко:

– Если вытащишь меня отсюда, Саня, я тебе все отдам!.. Все, что у меня есть!.. Деньги - это мусор, бумага!.. За нее дружбу не купишь!

– Молчи!
– Отвечал Александр сурово, не понимая русских слов.
– Молчи, и набирайся сил! У нас есть еще два-три часа, а потом, когда стемнеет, и уйдет солнце, мы пойдем в оазис… Туда, где стоит мое племя…

– У меня же здесь машина есть, Саня… - Проговорил устало Сергей, которому после врачеваний Туарега стало заметно лучше.
– Только я не знаю где она… Но она здесь, на берегу… Ее надо поискать…

Да только…

Эх! Если бы Александр тогда вспомнил кроме картинок из своей жизни еще и русский язык…

А Сергей…

Видимо он был в таком шоке, что никак не мог вспомнить хотя бы несколько фраз по-английски…

– Молчи, идиот!
– Проговорил Александр и свел брови на переносице.
– Молчи и набирайся сил!

Он посмотрел по сторонам, поднял глаза к небу, потом посмотрел на циферблат часов, и сказал, скорее для себя, чем для Сергея:

– Еще пару часов, и мы пойдем в пустыню…

– Там… В море… Я оставил в лодке твою Амаль…

Услышав одно единственное знакомое слово, Александр наклонился к самому лицу Сергея, и проговорил, роняя каждое слово, словно это были камни:

– Ты, сволочь, не смей даже называть это имя своим поганым ртом! Я тебя спасу, гад, но если с Амаль что-то случится… Я тебя убью!..

Нет… Они не понимали друг друга…

И это было настоящей бедой обоих… …19.00, вечер… …А потом пришел спасительный вечер, когда раскаленное солнце ушло, наконец-то, ночевать в барханы…

Странное дело, но за это время, благодаря врачеваниям Александра, Сергей настолько пришел в себя, что смог встать на ноги…

А Туарег…

Зная, или вернее догадываясь, какой сложный им предстоит путь пешком среди барханов, сумел соорудить для обоих обувь…

Толи врожденная русская смекалка помогла ему в этом, толи военный опыт легионера…

Правда… Ему еще раз пришлось вернуться в море, туда, где он сбросил с себя акваланг, и понырять минут пятнадцать-двадцать, но свои ласты он все же нашел…

А затем…

Вооружившись ножом, он за пять минут соорудил две пары обуви для себя и Сергея, отрезав от ласт лишнее, и оставив только резиновые «башмаки», которые без всего остального теперь очень напоминали со стороны самые обычные калоши…

Александр критично посмотрел на «дело рук своих» и сказал тихо:

– Ну, вот… Это, конечно, не туфли от «Baldinini», но в нашем случае - это все равно лучше, чем босиком… …А потом пришел момент, когда он посмотрел на часы, и решительно поднялся на ноги: