Встав в назначенное время, я первым делом выгреб из приемника макроинформера горстку кристаллов с отчетами, которые так и не успел посмотреть. Обычным путем все это будет доступно пользователям на Земле не раньше, чем через месяц после завершения конгресса. Что делать, по каким-то не вполне ясным обычным людям техническим причинам, прямая передача данных, когда речь идет о межзвездных расстояниях, до сих пор куда дороже обычной пересылки с транспортной почтой, а она работает медленно. Проще привезти кристаллы с собой.

Напоследок я машинально обшарил глазами комнату — не забыл ли чего. Хотя что я мог забыть — Полли, с помощью «жучки» уже упаковала все вещи и отправила багаж в космопорт.

— Всего хорошего, Полли, — вдохнул я. — Надеюсь, твои биокристаллические мозги не слишком пострадали за две недели общения со мной.

— Ну что вы, мистер Дуглас, нисколько, — ответила она. — Напротив, я чувствую, что мой словарный запас существенно обогатился необычными выражениями и оборотами речи.

— Не сомневаюсь в этом, — проворчал я. — Но я не виноват, это издержки воспитания. При составлении моего школьного курса мама настояла, чтобы в него включили изучение русской культуры. Она самолично закачала мне через домашний суггестор Большую энциклопедию русского языка, не разобравшись как следует, что в нее входит. А там, кроме классического литературного, был еще словарь русской деревни, несколько разных молодежных сленгов, уголовный жаргон, а также богатейший словарь русского мата. Но этот, последний, я почти никогда не использую — приберегаю для особо важных случаев и тяжелых стрессовых ситуаций, когда для выражения своих чувств мне не хватает современного универсального языка и еще восьми национальных, которые я знаю.

— Должна заметить, что несмотря на упомянутые вами издержки воспитания, вы были очень хорошим постояльцем, — сказала Полли. — Надеюсь, вы уже забронировали место в нашем отеле на будущий год?

— Вот хитрюшка, прекрасно знаешь, что да, у тебя постоянная связь с главным киб-мастером «Козерога». Заказал твой номер, и если меня в этом сезоне не съест какая-нибудь зверюга, то я обязательно прибуду на следующий конгресс.

— Очень вам благодарна, мистер Дуглас, — промолвила Полли, и в ее голосе мне вдруг почудилась чисто человеческая признательность. Или показалось? Наверное, показалось, после сегодняшнего разговора с Дианой. — Я, конечно, сохраню все ваши настройки в своей памяти. До встречи через год.

— Не скучай тут без меня, — сказал я. — И береги «жучку».

В зале космопорта я задерживаться не стал — там нечего было делать. Без всяких задержек пройдя контроль, я сел в крохотный автомобильчик, который на бешеной скорости покрыл три километра до взлетной площадки номер один, где возвышалась громада трансгалактического экспресса «Гранд», совершившего посадку на Безымянной полчаса назад. Пройдя в свою каюту, я обнаружил, что мой багаж, состоящий всего из одной дорожной сумки, уже доставлен, и можно располагаться со всеми удобствами. Экспресс экспрессом, а до Земли трое независимых суток ходу и семь остановок, причем две из них с посадкой на планеты.

Загрузив личные настройки киб-мастеру каюты, я вспомнил, что с этой сегодняшней беготней мне так и не удалось за весь день нормально поесть, а посему, отложив дальнейшее благоустройство на потом, прошел в просторную, обставленную с вызывающей роскошью столовую «Гранда». Корабль принадлежал компании «Трансгалактические линии Холланда», они любят подобные штучки. Еда здесь тоже была будь здоров — это я понял сразу же, как открыл меню. Развернувшийся в воздухе над столом экран прокрутил мне такой список, по адресу которого даже Даген не смог бы, я думаю, сказать дурного слова.

Уплетая телячьи почки, запеченные с ветчиной и грибами, я так увлекся этим занятием, что не сразу обратил внимание на тех двоих, что подошли и сели за столик по соседству. Между нами находился здоровенный плоский аквариум с декоративными рыбками, буйно заросший водорослями, и я их плохо видел, но слышал довольно хорошо. Меня они не заметили, а больше в столовой никого не было, поэтому говорили не стесняясь.

— Зря ты сам отправился на Ульмо, Маркус, — сказал один, — лучше бы поручил это кому-то еще. Твое лицо всем примелькалось в новостях… — Последних слов я не разобрал, аквариум все же сильно глушил звук, да я и не особенно прислушивался.

— Не было времени, — ответил второй противным скрипучим голосом, показавшимся мне знакомым. — Этот свежий инцидент на Тихой… — Снова неразборчиво, а дальше: — …те же симптомы, что и у Берка. Четвертый отмеченный нами случай — сомнений быть не может. И Берк единственный, кого мы способны без затруднений уговорить заняться отловом…

Это было уж слишком.

От неожиданности я даже перестал есть. Я не очень-то верю в приметы и всякого рода знаки, но считаю, что во Вселенной все взаимозависимо, а случайностей не бывает. И если несколько человек, связанных или не связанных между собой, в течение двух дней упорно заводят разговор о парне, про которого ты до этого вспоминал раз в полгода, то я считаю, что это повод призадуматься. Я не очень-то верю в Бога, особенно в такого, каким его рисует Библия, но готов допустить, что как существо, ограниченное узкими рамками своих представлений, я могу и ошибаться. Может быть, Бог есть. Или есть какие-то высшие силы. И может быть этот Бог или эти силы иногда предупреждают тебя о чем-то важном посредством таких вот странных совпадений.

Общение за аквариумом меж тем продолжалось:

— Если все подтвердится… Думаю, не нужно объяснять тебе, сколь важны станут для нас подопытные экземпляры.

В этот момент собеседник Скрипучего Голоса, или он сам, или они оба, должно быть, наконец заметили меня сквозь сплетение водорослей, потому что никто не меняет так круто тему разговора без причины:

— Этот кофе совсем не плох… Судя по вкусу, с плантаций Порсены. Ты к себе? До Ино путь не близкий, загляни через пару часов, поболтаем…