И увидели. Первый труп попался у самых ворот. Мальчонка лет восемнадцати в поношенном жупане. Голова шагах в трех валяется. Сразу видно, чья работа! Зверь со спины прыгнул, когти в шею воткнул и рванул… Лягаш, держа меч наготове, сунулся за ворота и остановился, перегородив проход. Хрипло прошептал:

— Ты бы паненку сюда не водил, капитан…

Что же там такое, если у бывалого наемника горло сводит? Хюбнер отодвинул следопыта и заглянул. Да нет, на поле боя и не такое видеть приходилось. Но Лягаш прав!

— Работай!

Вышел обратно, подошел к дочке:

— Ты бы не ходила туда…

— С чего это?!

Хорохорится, а сама побледнела, на труп старается не смотреть. Дамы, они к другим зрелищам привычные — если и видят убитого, то аккуратно проткнутого на благородной дуэли. Бывает, конечно, что неудачливого пана развалят до седалища молодецким ударом, но редко, очень редко. А тут, во дворе, не фехтовали по правилам, предписанным кодексом поленского лыцарства. Тут будто свиней потрошили. Крови нацедили без меры — дождю смыть не по силам оказалось.

— Не ходи. Плохо там…

Не послушалась, конечно, сунулась. И тут же обратно вымелась, и все, что за день съела, полетело под ближайшую сосну. Но кремень девчонка. Рот из фляги прополоскала, подышала немного и снова во двор. Как раз Лягаш выводы излагал:

— Жили здесь пятеро. Дед с бабкой и те, кого ищем. Эти, — следопыт кивнул на трупы во дворе, — приехали, хозяин ворота открыл. Видимо, не хотел благородным гостям перечить. Дом обыскали, всех во двор вытащили. Вильдвера не было, девчонку успели в ухоронку спрятать. Стариков сразу зарубили, а с мальчишкой у них промашка вышла. Шустрый оказался. Троих положил. Еще одному ногу подрезал. А потом Зверь подоспел. Прости, командир, не вильдвер, а Зверь! Порвал всех к Нечистому.

— Кого же сюда принесло? — задумчиво произнес Арнольд. — Больно молоды для кнехтов… Кто из местных, поглядите, может, узнаете кого!

— Не надо, — буркнула Ядвига, с трудом удерживая рвоту. А ведь вроде всё уже под деревом… — Главный — Пшемысл, младший сын пана Новака. Остальные — его жолнежи, в сердючках у младшего ходили, — она сглотнула. — А Панас с Агнешкой?

— В доме, — потупился Лягаш. — Мальчишки перенесли. Не ходили бы вы туда, паненка! Не для ваших глаз та картина…

Ядвига только рукой махнула:

— Лех ведь предлагал стариков в усадьбу перевезти, а сюда молодых переселить. А я отказалась. Не хотела тревожить. А получилось, убила…

— Не ты, — возразила Ридица. — Новак.

— Я! — по щеке скатилась слеза. — Если бы не наша затея с этим почесуном, не озлобился бы пан!

— Это Вы на себя напраслину возводите, пани! — вмешался Анджей. — Новаки завсегда так отроков к крови приучали. Налетят на чужую деревню, хлопов порубят. После старый пан хозяину откуп заплатит. Пан Лех тоже хотел методу перенять, насилу отговорили.

— А я почему не знаю? — безразлично спросила Ядвига, стараясь глядеть в сторону.

— Лех с Войцехом хороводились, вот он на наши деревни и не пускал молодых. А потом, — сержант усмехнулся, — пана Мариуша забоялся. Теперь не боится. Съехал вчера. Небось, на новом месте сыновей ждать будет. Интересно, куда старший пошел?

— В Легницы, — раздалось от ворот.

Зигмунд Фрай вошел во двор, осмотрелся, уважительно присвистнул:

— Я ведь говорил, что с вильдверами только раз воюют.

Но вопросов задавать не стал, сначала доложил:

— Позавчера ночью налетели. Человек тридцать, все молодежь. Думали, сервов рубать будут, ну и вляпались в дерьмо обеими ногами! Мы их по дворам перестреляли, будто куропаток. Ни один не ушел, — капитан ухмыльнулся и продолжил. — А эти у них резервом. И нет, чтобы своим помочь — сбежали. Мы только днем след нашли… Кабы он на восток шел, и не пошли бы. А так решили, надо проверить.

— На день пути? — усмехнулся Арнольд.

Фрай ответил такой же ухмылкой.

— С тобой много народа?

— Десяток.

— А в Легницах кто остался?

— Петер. Народу хватит.

Хюбнер кивнул.

— Что делать будем, святая сестра?

— Лягаш, — отвлеклась от раздумий Ридица. — Куда ходил вильдвер?

— Да кто ж его знает?

— А направление?

— Оттуда вернулся, — следопыт махнул рукой.

Воительница вытащила карту.

— Дело в том, пан Мариуш, что отряд из десятка конных ларг почуял бы издалека. И успел вернуться до их приезда. А он не успел. Значит, был слишком далеко. А в указанном направлении… — Ридица развернула карту, мельком глянула. — Всё верно. Нет там деревень. Зато есть усадьба. Некого пана Качинського. Мальчишка весь день следил за нами!