— Я тоже человек.

— Значит, это правда?

— Ого! Ты уже стал сомневаться в очевидном! Молодец! Налицо явный прогресс!

— Вы… — парень дернул за узел галстук.

— Дыши ровнее, — посоветовал Алексей. — А что говорит экспертиза?

— Повсюду отпечатки пальцев Климовой, — волчонок сглотнул. — И ваши.

— Версию о том, что Свиридову убил я, мы уже отработали. Результат отрицательный.

— Ну, тогда она.

— Эту версию я отработаю сам.

— Понятно… — усмехнулся мальчишка.

— Меня интересуют спортсменки, — еле сдержался Алексей. — Конкретно: Давыдова, Майорова и, пожалуй, Зарипова.

— Почему?

— Потому что расстановка сил теперь меняется. Состав олимпийской команды вновь не определен. Впрочем, тебе это не объяснишь, — вздохнул Алексей.

— Лично я не сомневаюсь в том, что все девушки говорят правду, — гнул свое следователь.

— Но кто-то из них дважды попытался убить. Первая попытка оказалась неудачной, но все равно: цель достигнута. Поляна расчищена. Хотя я не исключаю и убийство из ревности.

— Из ревности?

— Парня не поделили. Узнай мне вот что: ключ от коттеджа, где живет будущая олимпийская сборная по керлингу, кто-нибудь спрашивал? Тряси вахтера в главном корпусе, пугай, угрожай, как мне, что упрячешь его на сорок восемь часов в обезьянник. Но добейся правды. Хотя я не видел следов мужчины на крыльце. Только Лерины. Но, как я тебе уже сказал, сомневаться надо во всем.

— Я понял. Сделаю. Это все?

Алексей тяжело вздохнул. Он уже понял, что сотрудничать не удастся. И сдался:

— Ладно, иди.

— Я?

— Ах да! Официально, это меня допрашивают. Ну, извини. Те. Это, юноша, позиционный бег. Тактический. Все, что здесь происходит, из области высшей математики. Ну, почти. Главное, не сила мускулов, а выдержка и сообразительность. Ты спортом занимаешься?

— Нормативы сдал. А что?

— А на чем специализируешься? Бегаешь, прыгаешь, гранату на скорость метаешь?

— Опять издеваетесь, да?

— Нет, я вполне серьезен. Какой из видов спорта является твоим? Ты игрок команды или индивидуалист?

— Вообще-то меня это мало интересует, — нахмурился волчонок. — Моя задача — головой работать.

Алексей чуть не расхохотался. Парень всерьез думает, что у него есть голова! Когда десять девчонок обвели его вокруг пальца! Спали они, как же!

— Я пойду работать, — вздохнул он и встал. — У меня всего десять дней. Уже, кажется, меньше.

— Если вы мне докажете через десять дней, что убил кто-то из спортсменок, я… Абонемент в фитнес-клуб куплю, вот! — выпалил волчонок.

— Что? — Алексей, уже направившийся было к двери, резко обернулся. — Ты хочешь заключить со мной пари?!

— Вы старше меня по званию, — мальчишка смотрел куда-то в стену.

— А без чинов?

— Много вы о себе понимаете!

— Идет. Если ошибаюсь, я публично перед тобой извинюсь. — Волчонок молчал. — Что? Мало? Ну, прокукарекаю в столовой трижды.

— Идет! — обрадовался тот.

«Все-таки пацан», — Алексей вздохнул. У него есть, по крайней мере, час. Еще час до того, как дядя Гриша опять нагрузит его работой. И, подумав пару секунд, Леонидов направился в тренажерный зал.

Самым трудным делом была для него встреча с Лерой. Как-то они посмотрят друг другу в глаза? Или как она сможет теперь смотреть ему в глаза?

На обед он пошел к часу, рассчитывая встретить ее в столовой.

— Привет, — она безоблачно улыбалась. Или ему показалось? В ее глазах опять было больше стали, чем неба. — У тебя волосы влажные.

— Я был в душе, — сердито сказал он, как будто признался в том, что его запрягли в телегу вместо битюга и пришлось тащить ее в гору, эту телегу, причем нагруженную бетонными плитами.

— Им сообщили, кто ты такой на самом деле?

— Да. Иначе следствие пошло бы по ложному пути. Лера, мне надо с тобой серьезно поговорить.

— Я внимательно слушаю.

Он огляделся. Столовая была полна народу. Пришли хоккеисты, и сразу же стало шумно. Потом подтянулись тренеры. Они с Лерой оказались в центре внимания. Причем Алексей опять отметил, что большинство взглядов — осуждающие.

— Не здесь, — с досадой сказал он. — Я хочу знать, о чем говорили на вчерашнем совещании. В деталях.

— Хорошо, я приду к тебе вечером. Часов в девять?

— Только без шампанского! — предупредил он.

— Ты испугался? — она смотрела на него насмешливо.