— А сейчас то как, отступила хворь?

— Да Толий, отступила.

В дверях появился Дангар, всем своим видом показывающий, что ему надо срочно что то сказать деду. Толий встал и подошел к парню, а тот начал что-то быстро шептать ему на ухо. Дед пару раз кивнул и отправил парня.

— Дарий говорит, что видел на тебе печать варяжскую, — сказал дед нахмурившись.

— И с чего он взял что она варяжская?

— Там череп… покажи.

Расстегнув пуговицы на вороте рубахи, я продемонстрировал татуировку.

— Хм… череп да есть, но не варяжская на тебе печать… из каких земель ты охотник?

— Не могу сказать…

— Это как так?

— Не помню. Приключилось всякое со мной… То этот жар болотный, а то когда в охране каравана шел, приложили мне разбойники по голове, вот с тех пор память у меня и затуманена, — я старался говорить наиболее пространно и с уклоном на манеру разговора Вараса.

— Да… — почесал бороду дед, — на варяга-наемника ты не похож, ни статью ни манерами…

— А у вас что, какие-то счеты к варягам?

— Так а то! В последнюю княжескую войну варяги много зла натворили по многодворцам, у Дангара вся семья погибла, он у нас как сын теперь… с деревом хорошо у него получается работать, вот и плотничает понемногу.

— Нет Толий, с варягами я никак не знаюсь, и не помню, что бы знался до этого.

— Хорошо раз так… А что тогда сия печать значит?

— Ну помнил сказал бы, — снова попытался отвертеться я.

— А родные есть у тебя?

— Родных, — показательно задумался я, — нет, родных точно нет, сирота я… Помню что у желтого озера жил.

— Дед! Да что ты прилип с расспросами то к гостю, вот, пусть поест, — спасла меня бабка выставив на стол большую миску с кусками копченого мяса на ребрышках и овощами, напоминающих помидоры.

— Да, давай поедим, — согласно кивнул дед, — позови мать Дангара, пусть тоже садится и хватит ему уже придумывать себе неизвестно что.

Бабка позвала в окно Дангара, после чего тоже села за стол. Дангар вошел молча, поглядывая на меня исподлобья.

— Нет сынок, не из варягов он, — сказал Толий разлив вина по кружкам.

После ужина Дангар проводил меня в свою комнату, все еще хмурясь.

— Вот тут спать будешь, — показал он на широкую лавку у стены.

Перевязь и колчан со старым луком повесил на крюк в стене и отвязав от торбы плед, я раскатал его по лавке, а саму торбу уложил вместо подушки. Усевшись на лавку достал карту и стал изучать свой дальнейший маршрут, воля пальцем по ниткам-дорогам.

— За день не дойдешь, в лесу ночевать придется, — сказал Дангар усевшись на топчан у другой стены и внимательно наблюдающий за мной, — лучше сходи сейчас на постоялый двор да с водницей договорись, утром протокой если отправишься, то к вечеру в Ремесленный каменок доберешься.

— Спасибо… Проводишь на постоялый двор?

— Дай меч посмотреть.

— Смотри, — кивнул я на перевязь.

Дангар вытащил клинок из перевязи.

— Дорогой меч, — сказал он внимательной разглядывая его, — хартский кузнец делал?

— Да, — соврал я.

— Странный ты… — сказал он возвращая меч на место.

— Это чем же?

— Меч дорогой, очень дорогой, а лук… с него наверное уж и не выстрелить ни разу, старый совсем.

— Да, лук совсем уже старый… надо будет новый купить как деньги появятся, — ответил я делая вид что вообще не понимаю его намеков, — так что, проводишь на постоялый двор?

— Ну пошли, — согласился Дангар.

До постоялого двора, который находился на другом конце моногодворца шли не долго. Большой двухэтажный сруб, две веранды по обе стороны первого этажа. Одна во двор к дороге, а вторая вплотную к протоке, где у мостков было привязано несколько лодок. Широкие ворота со стороны дороги и большой двор за забором.

— Вон хозяин, — кивнул Дангар на полного мужичка разговаривавшего с женщиной у входа на веранду.

— Хозяин, — окрикнул я его.

— Слушаю тебя охотник, — подошел он к нам перебирая в руках несколько серебряных монет.

— Мне бы с водницей договориться, где найти его?

— А куда плыть надо?

— До каменка Ремесленного.

— Три монеты серебром.

— Хорошо, — кивнул я, — так где водница?

— Сейчас разбужу… во хмелю он, идите в корчме его подождите.