Словоохотливый дежурный, внимательно выслушав мои жалобы, пообещал подъехать через пару минут. Я заковыляла в ванную, сорвала с вешалки халатик; плотно запахнувшись в него, уселась на табуретке у двери и принялась ждать обещанной помощи.

Очевидно, понятие о времени у дежурного несколько отличалось от моего, потому что «Скорая» подъехала лишь спустя сорок минут. Все это время, невзирая на боль в ноге, я боролась с искушением подставить табуретку к открытому зеву антресолей и посмотреть, успел ли поживиться мой возлюбленный.

Как оказалось впоследствии, сделать этого он не успел…

С перемазанной йодом ногой я сидела на диване и с умилением наблюдала за умелыми руками молодого врача. Следует заметить, что, тронутый моей признательностью, он превзошел самого себя. Вправив мне лодыжку и наложив тугую повязку, он не забыл обработать мои ссадины и синяки, заработанные при падении.

— Спасибо!.. — выдохнула я, тепло улыбаясь. — Уж не знаю, как вас и благодарить!

— Работа у нас такая… — зарделся он от смущения. — Как же это вас так угораздило?

— Полезла на антресоли, — начала я. — Стремянка сломалась, я и полетела вниз.

— Что же, попросить было некого? — удивился он.

— Нет, — печально изрекла я.

— А может, я могу чем-нибудь помочь? — предложил доктор.

Я обрадованно вскинулась и принялась объяснять, что и где нужно достать.

Уже стоя у двери и прижимая к груди газетный сверток, я без устали бормотала слова признательности. Очевидно, с последним я переборщила, потому что, потоптавшись на пороге, он неожиданно брякнул:

— А может, встретимся завтра?..

Мысленно застонав, я принялась вдохновенно врать о том, что уже обещала завтрашний вечер одной из своих подруг. Если доктор и обиделся, то не подал вида.

Захлопнув дверь и проковыляв в гостиную, я положила в центр стола злополучный сверток и пристально на него уставилась.

— Что же там такое?.. — бормотала я вполголоса, разглядывая его со всех сторон.

«Чем гадать и мучиться — взяла бы и посмотрела!..» — прошептал изнутри гаденький внутренний голосок.

— Нет!.. — шарахнулась я от стола. — Меньше знаешь — лучше спишь!

Запрятав сверток подальше, я улеглась и проспала большую часть дня.

Разбудило меня яркое солнце, беспрепятственно блуждающее по подушке.

— Опять шторы не задернула, — пробурчала я спросонья и тут же поскучнела, вспомнив, при каких обстоятельствах вчера укладывалась спать.

Мрачное течение моих мыслей было прервано настойчивым стуком в дверь.

— Сейчас!.. — громко крикнула я, хромая к выходу, и уже тише добавила: — Кто же это такой нетерпеливый?..

Нетерпеливыми оказались мои подруги. Обнявшись, они стояли на пороге и смотрели на меня полупьяными глазами.

— Ну, и что это должно означать? — фыркнула я ревниво. — Где подзависли?

— Сказать — не поверишь! — хихикнула Ксюха.

— А ты скажи! — буркнула я неприветливо, пропуская их в прихожую.

— А что это у тебя здесь происходит? — Милка царственным жестом указала на погром, учиненный мною среди ночи.

— Упала со стремянки… — туманно пояснила я.

Только тут подруги заметили мои перебинтованные ноги и сразу насторожились.

— Лерка, что случилось? — трезвея на глазах, требовательно спросила Милка. — Давай по порядку…

— Ой, только не надо вот этого!.. — Я изобразила ее нахмуренные бровки, и подруги опять захихикали. — Сначала я упала на улице, ободрала колени. Потом полезла на антресоли, стремянка подо мной сломалась, и я упала на пол.

— О господи! — Милка страдальчески заломила руки. — Ну, почему с тобой все не так?! Если ты идешь по улице, то обязательно упадешь! Если ты лезешь в реку, то обязательно начинаешь тонуть!..

— У меня ногу свело, ты же знаешь! — задохнулась я от возмущения, припоминая наш выезд за город в начале лета.

— Пусть так… — согласилась она. — Но стремянка!.. Как ты могла ее сломать?

— Это не я ее сломала, она подо мной сломалась сама! — повысила я голос. — Неужели непонятно?

— Непонятно! — тоже перешла на крик Милочка. — Почему подо мной она не сломалась, а под тобой сломалась?!

Отупевшими глазами я уставилась на подругу и не могла вымолвить ни слова.

— А когда это ты на нее лазила? Ты же высоты боишься?