— Ты не очень-то на это рассчитывай, — попенял мне Леха. — С другой стороны может причалить, черта с два увидишь. Долго тебе здесь надо быть?

— Нет, — отчего-то перешла я на шепот. — Сейчас вещь одну заберу и назад. Жди здесь!

Он молча кивнул и принялся что-то разбирать на дне лодки. Вздохнув, наверное, в сотый раз, я смело ступила на берег и двинулась в одном, ведомом мне, направлении.

Ту ночь, когда я в полуобморочном состоянии приплыла на этот островок, где меня спустя двое суток обнаружил Александр, я помнила смутно. В памяти осталось лишь то, как я бежала куда-то, натыкаясь на коряги, судорожно заворачивая на ходу в льняной носовой платок злополучные иконы. Споткнувшись в очередной раз, я больно ударилась коленом и, опустившись на землю, долго лежала без движения. Лишь когда первые лучи летнего солнца коснулись моего лица, я пошевелилась. Излазив на четвереньках небольшую полянку вдоль и поперек, я обнаружила небольшое дупло у основания двух сросшихся деревьев. Это место и послужило мне тайником…

Две кривые лозинки по-прежнему стояли, тесно обнявшись друг с другом.

— Вот ведь что природа может вытворить! — выдохнула я, опускаясь на колени прямо под деревьями.

Шум листвы над головой настороженно вторил моим словам. Я опасливо оглянулась и, не заметив ничего подозрительного, запустила руку в огромную дыру у основания одного из стволов. Пальцы нащупали шероховатую поверхность, и я облегченно вздохнула.

— Слава богу! — пробормотала я, извлекая из дупла иконы, обернутые носовым платком. — Теперь мне можно и с повинной явиться…

— Так я и знал! — пушечным выстрелом раздалось вдруг над моей головой.

Пискнув, я инстинктивно сунула иконы себе за пазуху и резко обернулась.

Широко расставив ноги и скрестив руки на груди, прямо передо мной стоял Александр и насмешливо поглядывал на меня.

— И чего ты знал? — спросила я наконец после паузы.

Он ничего не ответил, а сделал два шага по направлению ко мне.

— Чего знал-то? — забеспокоилась я, разом вспомнив все подвиги этого Геракла.

Сосед протянул руку и выразительно пошевелил пальцами.

— Давай сюда! — И после выразительной паузы, добавил: — Да поживее!

Я упрямо мотнула головой и буркнула:

— Обойдешься!

Александр мое упрямство всерьез не принял, мерзко хохотнул и, рванув меня за воротник, нагло запустил руку за пазуху.

— Чего же ты делаешь, сволочь? — не удержалась я от вопля возмущения.

— Ничего особенного, — ответил он скороговоркой, извлекая иконы. — Возвращаю то, за чем давно охочусь…

— Да. Охотник ты и впрямь неплохой! — бормотнула я, поправляя на себе одежду. — Чего же в меня тогда не попал? Такой бравый парень, а промахнулся…

— Попугать тебя хотел! — Он рывком приподнял меня с земли и, увлекая за собой, двинулся в сторону зарослей осоки.

— Эй! Ты куда?! — попыталась я тормознуть каблуками. — Иконы у тебя, что еще надо?!

Александр на мгновение остановился, смерил меня мрачным взглядом и процедил сквозь зубы:

— Ты что, совсем глумная?!

— А чего? — вновь попыталась я вырваться.

— А того! — передразнил он, смешно скривив тонкие губы. — Иди за мной и не верещи, иначе мне придется принять меры предосторожности.

Что он имел в виду, я поняла несколько позже…

Продравшись сквозь густую саблевидную траву, мы вышли к тихой заводи, где Александр предусмотрительно оставил свой катер.

— Слушай, — сделала я еще одну попытку достучаться до его сознания. — Отпусти меня. Мы же соседи.

Он грубо толкнул меня на сиденье и начал заводить мотор. Лихорадочно заозиравшись по сторонам, я облизнула пересохшие от страха губы и совсем было собралась позвать на помощь, как в лицо мне пахнуло запахом хлороформа. Отчаянно замотав головой, я попыталась оторвать начинающими слабеть руками платок от своего лица, но Александр оказался сильнее…

Мое возвращение к реальности не было особенно мучительным. Напротив, открыв глаза и увидев веселые языки пламени в знакомой железной печурке, я сладко потянулась и зевнула. На пульсирующую боль в висках постаралась не обращать внимания.

— Саша, — нараспев позвала я, припоминая, по чьей милости я опять оказалась в заброшенной рыбацкой хижине.

Он не отзывался. Тогда я решила на манер той горы, которая сама пришла к Магомеду, пойти и немного прояснить ситуацию. Свесив ноги с топчана, я пошарила ими в поисках обуви, но, так ничего и не обнаружив, пошлепала босиком по теплым неструганым доскам.

На улице заметно стемнело и опять накрапывал дождь. Очевидно, мое забвение длилось не так уж и мало.

— Са-а-ша! — прокричала я, сложив ладонь трубочкой. — Где ты?!

Вместо Саши из гущи кустов выскочило огромное черное чудовище и в два прыжка оказалось у шаткого крыльца.

— Иди к черту! — рявкнула я, прячась за дверью. — Лучше хозяина своего позови.

Граф зашелся в протяжном лае, и вскоре на тропинке, ведущей к домику, показался и сам Александр. На шее у него болтался полевой бинокль, а в руках что-то, отдаленно напоминающее обрез винтовки.