– Что? – не поняла Анжи.

– Ну вот, смотри… – Рей показал на проходящих мимо. – Зачем у них эти штуковины на обуви? Острые такие?

– А-а-а! – дошло до Анжи. – Так это ж каблуки. Для красоты. Изящно ведь.

– Но это же неудобно! – возмутилась Райса. – И, по-моему, не очень-то и красиво.

– Неудобно, – согласилась Анжи. – Знаешь, как ноги болят, если на высоких шпильках целый день ходить… не приведи Господи. И не всегда красиво, тоже правда. Но мода – великая вещь… Внушили, что это красиво – вот все и мучаются.

– А что такое мода? – тут же спросил Рей.

– Гм… – Анжи задумалась. – Сложно даже объяснить. Это… Такая постоянно изменяющаяся система представлений о том, что красиво, что правильно, что престижно… слово «престижно» понимаете?

Рей кивнул.

– Ну и вот. А поскольку все хотят быть красивыми, но мало кто красив от природы – очень легко внушить: купи такую-то вещь – и сразу станешь красивой. Надень каблуки и мини-юбку – и все мужчины твои. Вот и ходят, как проститутки…

– Как кто? – не поняла Райса.

– Как проститутки. Ну, как продажные женщины, – пояснила Анжи.

– Тут тоже есть рабы? – недоуменно спросила Райса. – Их продают?..

– Да нет… – улыбнулась Анжи. – Они сами себя продают. Свои услуги. Сексуальные. Понимаешь?

Рей насторожился. Что-то это ему напоминало, но вот что?..

Знакомо… он почему-то сразу понял, о чем идет речь, хотя собственного опыта сексуальных контактов еще не имел. Понял и брезгливо поморщился. Гадость какая… Неправильно это, неестественно, так быть не должно… Одно слово – индиго.

Райса смотрела на Анжи круглыми глазами. Нет, в том же Далиаре она не раз видела «срамных женщин», но чтобы они вот так запросто ходили по улицам, да еще и продавали сами себя, да в открытую, нагло… ну и ну! В Далиаре вообще считалось зазорным выставлять напоказ собственное тело; на Орине, у мамы Рино, тоже было не принято носить открытую одежду. Рукава должны быть длинными, одежда – свободной. Если честно, Райсу смущала даже майка, в которую была одета Анжи – кусочек ткани на бретельках. Дома (а Райса привыкла уже считать Орин именно домом) это сочли бы, по меньшей мере, неприличным…

– Что, непривычно? – спросила Анжи. – Ну, видать, сколько миров, столько нравов. У нас это считается… красивым, что ли… Смелым. Журналы для подростков пропагандируют, что нужно быть раскованными и сексуальными…

– У вас темный мир, – вдруг сказал Рей. – Темный город. Райса, ты тоже чувствуешь?..

Райса задумалась. С сомнением покачала головой.

– Наверно. Не знаю. – Она явно не хотела обидеть Анжи. – Мне кажется, что тут всё неправильно. Но я стала понимать Лина и Пятого. Тут хочется быть.

– А мне не особо хочется… – честно произнес Рей. – Я вначале думал, что тут мой дом, а теперь вижу – нет… Так я и не нашел, откуда я родом. Ничего, я добьюсь, чтобы Сэфес мне все рассказали. Раз ты, Анжи, не хочешь…

Анжи подтвердила:

– Не хочу, Рей, прости.

– Но почему?.. – огорченно спросила Райса. – Он же переживает, ну как ты так можешь?..

Райса слишком хорошо чувствовала то, что сейчас ощущал Рей, и от этого ей становилось больно.

Почему Встречающие обычно живут изолированно? Хотя бы потому, что гораздо меньше шансов наткнуться на чужую боль, пусть и случайно…

«Как им объяснить? – думала Анжи. Даже если не скидывать считки. Даже если он просто узнает, кем был. Сейчас Рей просто переживает – но где гарантия, что он вообще не свихнется, узнав правду? А если он найдет способ явиться на Эвен? Что Нарелин будет делать с этим “подарочком”?»

Нет, вначале – на Эвен самим, вместе с Сэфес, обрисовать Нарелину ситуацию, пусть решает – готов ли принять своего двойника…

– Райса, есть причины, пойми, – сказала Анжи с самым серьезным видом. – Он все равно узнает, конечно, в итоге, но сейчас – не надо… Сами потом поймете, почему.

– Ничего я не хочу понимать! Ты прав, в этом городе действительно слишком темно! Пойдем. – Райса решительно встала, взяла Рея за руку. Тот послушно поднялся следом. – Я не могу больше сидеть под этой башней, у меня голова от нее болит…

К выходу из зоопарка они шли молча. На клетки с животными никто больше не смотрел – не до животных было. Лишь около пруда Райса на секунду замедлила шаг, кинув прощальный взгляд на птиц.

– Как хорошо тут умеют подрезать крылья… – пробормотала она еле слышно. – Тем, кто умеет летать…