«Как бы ситуация ни повернулась, ты в любом случае огребешь больше всех, а мы с Сигизмундовичем соскочим, — еще звучали в ушах Алексея Максимовича слова Самородова. — Понимаешь это?..»

Он понимал. Понимал, и ему было больно от этого понимания.

Глазов не лгал полковнику. Хотя с Трегреем майор теперь общался довольно часто, почти каждый день, он и впрямь никогда не говорил с ним о своих потаенных отношениях с Сам Самычем, следовательно, не обсуждал с Олегом возможные выходы из этого жалкого и стыдного положения, в которое угодил по глупости и слабости. Алексей Максимович чувствовал, что разобраться со всем этим должен именно сам. Принять решение должен именно сам.

Но сейчас майору Глазову просто необходима была поддержка. Вся накопленная за последние дни уверенность в правильности совершаемого словно только что выплеснулась из него. И нужно было заново заполнить начинавшую уже тоскливо подсасывать душу пустоту внутри.

Алексей Максимович закурил, завел двигатель.

— Ничего, — сказал он себе. — Все будет нормально. Все будет… правильно.

Он подъехал к КПП, у которого толпилась группка срочников с увольнительными листами в руках. В этой группе был и Олег. Увидев автомобиль Глазова, Трегрей сдержанно улыбнулся майору. Тот, укрытый поднятыми стеклами, чуть кивнул.

Майор выехал за ворота части. После этого короткого обмена знаками ему стало полегче.

— Я лучше с тобой поеду, да? — предложил Мансур.

— В этом нет нужды, — сказал Олег. — К тому же, ты вовремя не озаботился обратиться за увольнительной.

— Нужна она мне!.. — хмыкнул Разоев. — Я и без нее обойдусь. Кто мне чего скажет-то?

— В натуре, не мешало бы тебя проводить, — высказался и Двуха. — Черт его знает, что-то неспокойно мне. Слухи такие ходят… — он неопределенно покрутил руками, — нехорошие. Вроде как заказали тебя.

— Глупости, — пожал плечами Олег.

— Не глупости никакие, — буркнул Женя Сомик.

— Почему же глупости?.. — негромко произнес Командор. — Вполне обычная практика, амигос. Уж я-то знаю. Вот, помнится, у нас в Разинске… — толкнул он в бок Двуху, но тот предупреждающе выставил в его сторону ладонь — мол, погоди пока, потом расскажешь, не до тебя сейчас. И рядовой Александр Вениаминович Каверин послушно замолчал, не выказав ни малейшего недовольства столь бесцеремонным обращением.

— Ладно, — проговорил Олег. — Мне пора. В мое отсутствие занятие проводит Игорь, как и договаривались.

Двуха согласно кивнул.

— Я тоже могу провести, да? — ревниво сказал Разоев. — Почему он-то? Я сильнее, правильно, нет? Ты сам говорил, Гуманоид, что я на первую ступень Столпа скорее других взойду!

— А это без разницы, кто сильнее, — важно пояснил очень довольный Двуха. — Тут главное, у кого преподавательская жилка есть!

На КПП скучающий дежурный поинтересовался у Олега:

— Куда направляемся-то?

— Намерен ответить на приглашение, — ответил Трегрей. — Нанести визит соратнику.

— Товарищу, что ли? — не понял дежурный.

— Соратнику.

— A-а… Понятно, — приправил дежурный свой ответ сарказмом, — усе понятно…

До города парни шли по трассе все вместе. Изредка проезжающие автомобили они останавливать даже не пытались — у солдата каждый рубль на счету, а бесплатно кто ж повезет, да еще целую толпу… Достигнув окраины города, группка начала таять. Кто-то остановился у киоска с вывеской «Разливное пиво», кто-то побежал в сторону сетевого супермаркета, кто-то направился на остановку маршрутки. Несколько человек свернули к автобусной остановке. Олег, попрощавшись с ними, продолжил шагать вдоль по тротуару в одиночестве.

Скоро он вышел на центральную улицу города Пантыков, носящую название, естественно, проспект Ленина. Там, в условленном месте его ждал майор Алексей Максимович Глазов на своей «четырнадцатой».

— Извини, что прогуляться тебе пришлось, — сказал майор, когда Трегрей сел в автомобиль. — Но, сам понимаешь: не вполне удобно, когда офицер и срочник встречаются в неслужебное время.

— Ни для кого в части не секрет, что мы общаемся часто и подолгу, — ответил Олег, внимательно поглядев на Глазова. — Поэтому, сдается мне, дело не только в соблюдении приличий и норм субординации. У вас ко мне что-то серьезное, Алексей Максимович, верно?

— Верно, — помолчав, подтвердил майор и повернул ключ в замке зажигания.

Он как-то сразу помрачнел, лицо его нахмурилось и потемнело, отчего седая голова показалась еще белее. На некоторое время он полностью ушел в свои мысли, управляя машиной бездумно, автоматически. И вопроса Олега:

— Буду ли я иметь честь встретить сегодня Светлану Алексеевну? — не услышал.

Олег повторил вопрос.

— А?.. — откликнулся майор. — Нет… Светлана сегодня у матери ночует. В больнице.