Шлихтинг в раздумье вертел зеркальце над огнем.

— А оригиналы? Где они?

— Какие оригиналы? — безобидно спросил Вебер.

Шлихтинг окинул Вебера взглядом, и в уголках его губ появилась легкая язвительная улыбка:

— Ну, я мог бы предположить, что представленные в коллекции документы были лишь фотокопиями, — пояснил он. — Например, с малоформатной фотопленки. Так ведь? И где-то же они должны находиться.

— Они не найдены, — не вдаваясь в подробности, ответил Вебер.

— Да, достойно сожаления. А нет ли у вас случайно описания внешности этого Флюгера? — поинтересовался Шлихтинг.

— Полного нет, хотя некоторые детали говорят, например, о его возрасте. Он не моложе пятидесяти лет, но я предполагаю, что ему уже за шестьдесят.

Доктор Шлихтинг, казалось, снова приободрился. Вебер попытался заглянуть в его глаза, но напрасно, они были скрыты за дымчатыми стеклами очков.

— Пожалуйста, откройте рот! — попросил врач.

Вебер подставил открытый рот.

— Вы говорите, в нижней челюсти? — спросил дантист.

Вебер мотнул головой:

— Нет, вверху!

— Как так? Но вы же…

Вебер закрыл рот и дружелюбно посмотрел на врача:

— Я, видимо, неправильно показал. Я имел в виду слева вверху.

— Хм, так, так. Откройте еще раз рот. — Шлихтинг стукнул зеркальцем о верхний корневой зуб и уточнил: — Вот этот?

Вебер невнятно пробормотал:

— Кажется, да.

— Выглядит совсем плохо, — произнес он. — В таких случаях и впрямь лучше удалить!

Хотя тон врача был деловит, Веберу послышалась в нем скрытая угроза.

— Вы согласны? — услышал он вопрос Шлихтинга.

Вебер утверждающе кивнул, после чего дантист направился к столику с инструментами.

— А вам известны еще какие-нибудь подробности о докторе Флюгере? — как бы между прочим спросил Шлихтинг, роясь в инструментах.

— О, да! Недавно он вернулся в этот городок из-за границы, вероятно, из Южной Америки. Между прочим, он тоже не местный, вообще не из северной Германии.

Доктор Шлихтинг нашел наконец нужную ампулу и пилку.

— Вы говорите, у него высшее образование? А кто он по профессии?

— По-видимому, медик.

— Почему вы так думаете?

— Очень просто! Геердтс был заколот, орудие убийства торчало между шейных позвонков. А это место может знать только человек, связанный с медициной.

— Ну, да, правильный вывод. — Доктор надпилил ампулу. — Я сделаю вам укол. Вы вообще ничего не почувствуете!

Вебер благодарно улыбнулся, откинулся в кресле и, казалось, полностью смирился со своей судьбой, только глаза его, наполовину прикрытые, наблюдали за доктором Шлихтингом, возившимся у столика.

Вооружившись ампулой и шприцем, врач направился к окну. Случайно он глянул на улицу и увидел, что перед входом в дом остановился темный «мерседес». Из него вылез советник уголовной полиции Драхвитц и направился к подъезду. Едва он отошел от машины, как от одного из деревьев отделилась фигура человека и преградила ему дорогу. Это был секретарь полиции Шмидт, один из сотрудников Драхвитца.

«Пребывание здесь Шмидта означает только то, что он следит за Вебером, — подумал Шлихтинг. — Значит, Драхвитц все еще считает Вебера подозреваемым».

Переговорив со Шмидтом, Драхвитц сел в машину и уехал, а Шмидт вернулся в тень дерева.

Шлихтинг подошел к Веберу с выражением опытного врача, способного подготовить пациента к неприятной процедуре. Когда он остановился перед детективом, тот как бы невзначай спросил:

— А вы, господин доктор, тоже долгое время проживали за границей?

— Да.

— С тысяча девятьсот сорок шестого года?

— Примерно так.

— В Южной Америке?

— Верно.

— И родом вы тоже не из северной Германии?

— Я силезец. Пожалуйста, откройте рот! — Рука, державшая шприц, дернулась.

Вебер не обратил внимания на его просьбу. Плотно сжав губы, он смотрел на врача. Немая дуэль длилась некоторое время, а вокруг стояла мертвая тишина. Неожиданно Шлихтинг заорал:

— Открыть рот!

Вот он, приказной тон, неприкрытый и грубый, не вписывающийся в обстановку! Оба испугались, но больше всего Шлихтинг. Лицо его задергалось. Вебер достиг желаемого: вывел врача из душевного равновесия. Затем он почти добродушно сказал: