Бросив в щель пару монет и набрав номер, он услышал в трубке:

— Районный отдел полиции Рендсхаген.

— Уголовная полиция еще на работе? — спросил Фреезе.

— Да. Что вы хотите?

— Я только что проходил по Рыночной площади мимо магазина «Ханзен и Воок». Вы знаете его? Похоже, что туда проникли воры.

— Кто это говорит?

Адвокат закричал в трубку:

— Поторопитесь, если хотите поймать взломщиков!

Затем он положил трубку на рычаг, нерешительно постоял некоторое время и покинул будку.

Вебер сидел в кресле, водя взглядом по стенам, а Жаннет медленно переходила от картины к картине, сверяя список, который передал ей детектив. Обойдя помещение, она дошла до угла, где расположился Вебер, молча передала ему список. Он тщательно сложил его и сунул в карман.

— Без сомнения, это только часть того, что упомянуто в списке, — тихо произнесла Жаннет. — Этот список из Берлина?

— Да, оттуда.

— Вы уже с кем-нибудь разговаривали?

Вебер отрицательно мотнул головой.

— Как я мог? У меня лишь предположения, Жаннет!

Рассеянно кивнув, она вытащила из кармана пачку сигарет. Вебер щелкнул зажигалкой. Они молчали, а ее взгляд снова заскользил по картинам. Наконец Жаннет промолвила:

— Каждая из этих картин представляет собой целое состояние. У меня просто не укладывается… — Она сделала глубокую затяжку и деловито добавила: — Что вы намерены делать? Надо поставить в известность полицию.

— Может быть, даже Драхвитца? — насмешливо спросил детектив.

— У Драхвитца тоже есть начальники.

— У меня нет ни малейшего доверия ко всем полицейским в Шлезвиг-Гольштейне, — решительно заявил Вебер.

Внезапно по всему телу Жаннет пробежала дрожь. Она вскрикнула:

— Я хочу уйти отсюда, я больше не могу выносить все это!

Вебер встал, взял ее под руку и повел к выходу. Они были уже у прохода в старый подвал, когда услышали завывавшие на улице полицейские сирены и остановились как вкопанные.

Вебер первым пришел в себя.

— Быстро! — приказал он и подтолкнул ее к шкафу. Завывания сирен становились громче и наконец затихли у магазина. Вернув заднюю стенку шкафа в исходное положение, Вебер вылез из него и закрыл дверцы. Над их головами раздались тяжелые шаги.

— Что будем делать? — тихо спросила Жаннет.

— Просто поднимемся наверх, чего же еще? — улыбаясь, произнес Вебер. — Разве мы взломщики?

Жаннет подбежала к двери и надавила ручку. С ужасом она осознала, что дверь заперта.

— Нас заперли! — крикнула Жаннет.

— Я вижу, — ответил Вебер.

— Как это могло случиться?

— Откуда мне знать? Не волнуйтесь. Парни наверху так или иначе найдут нас.

Отойдя от двери. Жаннет прижалась к Веберу и положила голову ему на плечо.

— Вы им расскажете про находку?

— Ни единого слова! Завтра я свяжусь с Федеральным ведомством. Если уж картины так долго находились здесь, еще один день они могут подождать.

Неожиданно детектив перешел с ней на «ты».

— И ты ни с кем не разговаривай об этом. Ни с кем, слышишь?

Жаннет кивнула. Полицейские были уже у двери, и Вебер быстро добавил:

— Если нас разлучат, иди в «Ландскнехт» и жди меня в моем номере, комната одиннадцать! Даже если придется долго ждать.

В дверь стукнули кулаком, затем ключ повернулся, железная дверь распахнулась, и несколько человек во главе с секретарем полиции Шмидтом ворвались в подвал.

Увидев Вебера, Шмидт замер на месте: руки наполовину подняты, правая нога застыла в воздухе, на лице отразилось неописуемое выражение удивления. Некоторое время он стоял так, затем опустил руки и переступил порог.

— Смотри-ка, а господин вовсе и не утонул! Только подшутил немного! — произнес он. — А теперь взлом, снова ради шутки?

— Господин Вебер ничего не взламывал, — вмешалась Жаннет.

— Заткнись! — прорычал Шмидт.

— Что вы себе позволяете? — выдавила из себя Жаннет.

— Спокойнее, это касается мужчин. — Шмидт повернулся к одному из полицейских и приказал: — Уведи ее наверх!

Жаннет рассвирепела:

— Я буду жаловаться на вас!

— Вот как? Сделайте одолжение, — добродушно произнес Шмидт. — Видите, я уже дрожу от страха!