— Я готов ответить, — сквозь зубы сказал Элорно. — Только людей моих отпусти. Они здесь по моему приказу.

— Да будет так, — кивнул эльф, и скрылся в недрах кареты. Эрцгерцог постоял еще несколько мгновений, а затем рухнул на землю. Он был мертв.

— Будь трижды проклят этот Санчийский! — выдохнул тот самый воин, которого Элорно назвал Меридином. Он, вместе со своими товарищами по оружию, злобными взглядами проводили отряд, сопровождавший, как выяснилось, отнюдь не герцога.

— Пойдем, — тронул его за локоть сосед. — Надо тело командира доставить в замок. Что его жене и дочери скажем?

— Правду. Нас подставили. Причем кто-то из наших. Надо выяснить, откуда пришла информация о мнимой поездке герцога.

— Но люди-то были герцога! Я узнал парочку человек.

— И что? Почему в карете оказался этот длинноухий демон? Понятно, что нас подставили. Ясно, что это замысел Санчийского. Только я ни за что не поверю, что наши шпионы, присутствующие в доме Санчийского, не знали о ловушке. Кто-то из них нас предал!

— Ладно, потом разберемся, — воины подошли к телу своего мертвого командира, которого при жизни все, без исключений, любили и уважали за человеческие качества, редко присущие высшим аристократам — благородство, честность, открытость.

— Удачи в последнем походе, Ваша Светлость, — прошептали сразу несколько десятков воинов, сгрудившихся вокруг замершего в неестественной позе тела эрцгерцога Элорно…

Сразу после завершения миссии и возвращения в Гарен, я наведался к Тремору Санчийскому. Под моим чутким руководством он провел переговоры с новым руководителем Службы Безопасности Леса, герцогом Изгиэлем. Мне поначалу было интересно послушать, что понадобилось отцу от герцога, и какие вопросы он перед ним поставит, но уже минут через пять разговора двух герцогов мне стало откровенно скучно. Изгиэль хотел узнать о взаимоотношениях двух неизвестных мне имперских родов, плюс потребовал установить слежку за одним из высокопоставленных лиц из Канцелярии Императорских Дел.

Сейчас, по прошествии трех декад, с горечью вспоминаю разговор, состоявшийся, когда я решил вмешаться:

"— А меня нельзя было об этом попросить? — недовольно заметил я, поднимаясь из-за стола, на котором лежал разговорный артефакт, обеспечивающий в данный момент связь.

— Совет Леса решил не докучать тебе с подобными вопросами, — после короткой паузы, сознался Изгиэль. — Мы же все понимаем, что сейчас у тебя несколько иные интересы.

— Это какие же? — мне стало любопытно, какие же "мои интересы" выявили в Лесу. Да я сам с ними еще не до конца определился!

— Наверняка, тебе Ллос и Ваэрон что-то предложили, — мягко сказал Изгиэль. — Да, да, мы уже знаем о боге обмана. Он объявил о себе в открытую.

— Ничего они мне не предлагали, — нахмурившись, я пытался понять, откуда в Иль-Эроа могли сделать подобные выводы. На каких фактах или домыслах они основывались?

— Недаром темная богиня поддержала строительство храма на своей территории. Значит, она твоя союзница, — Изгиэль сделал паузу, после которой добавил. — Как минимум… Отсюда вывод. Великая принимает тебя за равного себе.

— Как минимум??? — мне с трудом удалось удержать свою челюсть на месте. Иначе она грозила повредить пол! — Так вы думаете, что нас с Ллос связывает нечто большее, нежели обычное общение???

— Палаэль, пожалуйста, не злись, — Изгиэль заметно занервничал. — Для тебя действительно важно, что мы думаем? — я замешкался, стараясь подобрать слова, и он ответил за меня. — Нам всем кажется, что нет. Безусловно, тебе не безразлично мнение отца и матери, но вот все остальные… Сущность, обладающая таким могуществом, не может находиться на одном уровне мышления с обычными эльфами. Или дроу.

— Сущность? — горько усмехнулся я. Все слова, которые хотел озвучить, и которые пояснили бы мои взаимоотношения с богами дроу, застряли у меня в горле. — Я уже для вас "сущность"?

— Я несколько неправильно выразился, — поспешил уточнить Изгиэль. — По сути своей, ты уже стал богом! Все говорит об этом — поединки с Великой, в которых она не смогла одержать верх над тобой, желание обзавестись храмами. Наши архимаги это утверждают с полной ответственностью!

— Вы боитесь? — неожиданная мысль, вдруг пришедшая в голову, заставила меня поежиться.

— Да, — признался Изгиэль. — Мы не знаем, как ты себя поведешь в той или иной ситуации. Мы осознали, что того Палаэля, которого мы все знали и любили, более нет.

— И не хотите, чтобы я возвращался в Лес?

— Почему? Конечно, нет! Лес является твоим домом!

— Я понял тебя, Изгиэль. Не пустить в Лес вы меня не можете. Тем более, храм строите. Но будете не рады, если я решу проводить среди вас все имеющееся у меня в наличии время. Так? — он ничего не ответил. И это молчание Изгиэля стало лишь подтверждением моей догадки.