Она была там, все еще была там, из последних сил держась уже одной рукой, и он видел, что девушка вот-вот соскользнет. Билли отбросил пистолет, и дернулся вперед, схватив ее за запястье как раз в тот момент, когда побелевшие пальцы разжались.

– Держу, - задыхаясь, прошептал он.
– Я держу тебя.

И Ребекка заплакала. Билли качнулся назад на пятки, вытаскивая девушку из дыры, и душа его пела от радости, почти позабытой за месяцы, проведенные в тюрьме, от радости простого, искреннего осознания того, что он поступил правильно, и отлично со всем справился.

Билли тянул ее наверх, используя собственное тело в качестве рычага, и, видимо, немного переусердствовал, потому что в итоге Ребекка практически упала на него, оказавший заключенной в неловкие объятия. Но вместо того, чтобы оттолкнуть его, она осталась на месте, прижавшись к груди Билли, и не могла сдержать слез благодарности и облегчения. Видимо, он понял, что ей сейчас было нужно, и крепко обнял ее. Буквально пару минут назад она была уверена, что сорвется и умрет, а ее тело останется брошенным в этом вонючем подвале на забаву зараженным животным...

Спустя минуту девушка оторвалась от него, вытирая заплаканное лицо дрожащей рукой. Они сели на пол; Билли усиленно избегал ее взгляда, глядя на мрачные каменные стены еще одной подвальной камеры, ничем не отличающейся от предыдущей. Ребекка же в упор смотрела на него. Молчание затягивалось, и в тот момент, когда воздух, казалось, стал разреженным, девушка коснулась его, положив свою маленькую ладонь ему на руку.

– Спасибо, - сказала она.
– Ты спас мне жизнь. Снова.

Он быстро глянул на нее и отвел глаза.

– Угу. У нас же типа перемирие и все такое, сама знаешь.

– Знаю, - ответила девушка.
– И еще я знаю, что ты не убийца, Билли. Почему тебя везли в Регитон? Ты... Ты и в самом деле причастен к тем убийствам?

Он спокойно посмотрел ей в глаза.

– Можно и так сказать, - отозвался он.
– В любом случае, я там был.

”Я там был...”

Это не то же самое, что ”я убил их”.

– Я не думаю, что ты убил команду сопровождения ночью; думаю, это было одно из зараженных существ, а ты просто сбежал, - заметила Ребекка.
– И я прекрасно понимаю, что знаю тебя лишь несколько часов, но я верю в то, что ты не убивал двадцать три человека.

– Неважно, - буркнул Билли, глядя на свои ботинки.
– Люди верят в то, во что им хочется верить.

– Для меня — важно, - сказала девушка нежно.
– Я не собираюсь осуждать тебя. Я просто хочу знать правду. Что произошло?

Он по-прежнему смотрел на свои ботинки, но взгляд его стал отстраненным, словно он был в другом месте и в другом времени.

– В прошлом году мое подразделение послали в Африку с приказом вмешаться в гражданскую войну, - сказал Билли.
– Совершенно секретное задание, никаких зацепок с США, вот так. Мы должны были совершить набег на партизанское убежище. Было лето, самое жаркое его время, а нас сбросили далеко за пределами зоны действий, посреди густых джунглей. До партизан нам пришлось идти пешком...

Он умолк на мгновение, поднял руку и крепко сжал свои жетоны в кулаке. Когда он заговорил, его голос был даже тише, чем раньше.

– Жара убила половину. Враги почти добили оставшихся, каждый раз убирая по одному. К тому времени как мы добрались до того места, где должно было быть убежище, нас осталось четверо. Мы были истощены, не в себе, нас изводила жара, и изводила... я так думаю, боль от зрелища умирающих на глазах товарищей. Когда мы добрались до координат убежища, мы были готовы взорвать там все. Заставить хоть кого-нибудь заплатить за пережитое, понимаешь? За всю эту боль. Но вот убежища мы там не нашли. Наводка оказалась ложной. В том месте была невзрачная маленькая деревушка с горсткой фермеров. Там были их семьи. Старики и женщины. Дети.

Ребекка ободряюще кивнула, мол, продолжай, но живот закрутило. У истории был неизбежный конец, и она уже понимала, к чему клонит Билли, и ничего хорошего там не наблюдалось.

– Наш командир приказал собрать жителей, и мы сделали это, - продолжил Билли.
– А потом он сказал...
– и голос мужчины дрогнул. Он вытянул руку и подобрал отброшенный пистолет, со злостью запихивая его за пояс. Билли встал и отвернулся. Ребекка тоже поднялась.

– Убил?
– спросила она.
– Ты убил их?

Билли повернулся к ней, скривив губы.

– А если и убил, то что? Осудишь меня?

– Так убил?
– снова спросила девушка, внимательно глядя в его глаза и изучая лицо, определенно, пытаясь хотя бы понять. И Билли словно увидел, что она чувствует, как старается принять любую правду. Несколько долгих секунд он смотрел на нее, а потом качнул головой.

– Я пытался остановить их, - сказал он.
– Пытался, но меня оглушили. Я почти вырубился, но видел, видел все... и не мог ничего сделать.