Он слегка усмехнулся.

– Или что Элисон проникнется к вам самыми нежными чувствами. Чувствами, за которые она, конечно, сама себя ненавидела, поскольку думала, что вы не лучше барона. Мы не боги и не тираны – мы не сдерживаем порывы человеческого сердца и не ограничиваем их. Ужасно неприятно, когда приходится иметь дело с противниками, которые этим грешат, но это одно из важнейших отличий, разделяющих нас. Некоторые из них вначале тоже имели самые лучшие побуждения, но…

Я кивнул:

– Понятно. Средства искажают цель. Безграничная власть развращает…

– Именно так. Соответственно мы не могли продумать все до мелочей, но было очевидно, что не избежать попытки похитить копье, причем с вашим участием. И что за ней последует нападение, целью которого станет кража Грааля. И мы не могли это предотвратить. У нас имелось несколько вариантов: вы не забираете копье; вы его похищаете, а мы возвращаем его назад без вашей помощи; вы возвращаете его без проблем; вы возвращаете его с проблемами ; но оно все равно не попадает на вражескую территорию. Если бы осуществился любой из них, атаки на Гейленберг никогда бы не последовало. Нас подвело то, что и копье, и Грааль были похищены и попали к нашему противнику.

– Боже! – Я откинулся в кресле, чувствуя, что кровь отхлынула от моих щек. – Неужели поражение было так близко?

Лицо моего визитера помрачнело.

– Да, это действительно так. Но одновременно это обусловило и наш успех – то, что источник нашей силы попал в лагерь врага. Конечно, в том случае, если бы вы смогли проникнуть туда, чтобы совершить необходимое, а именно – забрать их и скрыться. Если бы у вас ничего не получилось, мы были бы уничтожены. Но если бы мы пытались каким-то образом управлять и руководить вами, мы могли бы безнадежно повлиять на вас и все испортить. Поэтому единственное, что мы могли предпринять, – это помочь вам оказаться там и снабдить вас своеобразной инструкцией. Это знание не должно было иметь для вас никакого смысла до той поры, пока не наступит нужное время, и все же оно должно было намертво засесть в вашем мозгу.

Он снова усмехнулся:

– Поэтому наше на первый взгляд бессмысленное сообщение и высвечивалось постоянно на экране вашего компьютера. Это было не слишком приятно, да?

Я решил дать волю своему негодованию.

– Еще бы, черт возьми! Но я – почему все это свалилось на меня?

– Потому что у вас такое имя. И потому, что только вы могли все это сделать.

– Это… это бред. Множество людей были в это втянуты. Элисон, Джип, Молл… Катика. Особенно Катика. Как насчет ее? Это тоже ваша затея?

Он помрачнел.

– Нет. Она сама решила. Она знала, на что идет, и сама решила принять в этом участие, чтобы искупить свое прошлое. Помните карту, сквозь которую просвечивала другая? Катика получила предупреждение, но решила идти с вами. Верно, она немало сделала, чтобы помочь вам. Однако даже без ее помощи вы все равно бы справились. Как-то по-другому, но справились. То же самое касается и вашего друга Джипа. Он сыграл во всем этом важную роль, но были и другие пути проникновения на Брокен – например, через пентаграмму в усадьбе барона фон Амернингена. И другие способы осуществить нападение на Брокен – без того, чтобы собирать рыцарей Грааля. Но во всем мы полагались на вас.

Во мне быстро нарастала волна гнева.

– Жаль, но у меня не было вашей проклятой уверенности! Вы использовали меня как последний сукин сын! Вы использовали моих друзей, вы выкинули их на помойку так, как выкидываете этих ваших рыцарей! Но они-то сами решили служить Граалю. А вот у меня никогда не было возможности выбора! Так что давайте-ка вернемся к интересующему меня вопросу. Почему я?

– Потому что вы человек особенный.

Он отпил из чашки и протянул руку за печеньем, которое я совсем забыл предложить ему.

– Превосходно. Потому что Ле Стриж поступил весьма и весьма разумно, заманив вас во все это. Однако его подвела его ограниченность. Он увидел только, каким образом он сможет вас использовать; но мы разглядели в вас искру успеха гораздо большего, чем просто восстановление status quo aute bellum. [135] Он рассказал вам о ваших предках, не так ли?

– О том, что ли, что я – следствие маленькой оплошности франкской принцессы? Да. Но какое это имеет отношение к нынешним ценам на помидоры?

– Это все, что он понял? Она была одной из дочерей Карла Великого, мой друг, первого правителя Священной Римской империи, первого правителя, которому после римлян оказалось под силу объединить Европу. И, по странному совпадению, он был также последним правящим монархом, который одновременно был и королем Грааля.

– Что?

– О да. Человек он был жесткий и несдержанный, но по-своему гениальный. Необходимо иметь снисхождение к его недостаткам. На старости лет он даже попытался обучиться чтению. Это был безумно прогрессивный поступок для того времени. А вы – его прямой потомок. С отцовской же стороны вашими предками были немецкие, французские и английские крестьяне, главным образом из состоятельных семейств. Оттуда, вероятно, и пошел устойчивый ген, обеспечивающий вашу способность делать деньги. [136]