— Ничего не говори Элингтонам, Грегори, — наконец произнес он. — Просто забудь, что я сказал. И давай сюда рюкзак, моя очередь нести. Как дела в конторе?

— Сейчас скучновато. Скоро из Лондона к нам на обучение пришлют новенького, племянника какого-то богача из лондонского начальства. Джо Экворту и мистеру Элингтону он не по душе. Я иногда слышу, как они перешептываются об этом, но мне они, конечно, ничего не говорят. Оба уверены, что я ненадолго в шерстяной торговле — и они правы. Я ведь хочу писать, Джок.

— Да, ни в коем случае не прекращай, — сказал он.

Джок всегда подбадривал друзей: читал их рукописи, слушал музыку, разглядывал картины, выслушивал нытье. При этом ему были свойственны предусмотрительность и благоразумие. Он, как мудрый священник, был не от мира сего, но знал его законы.

— И все же не торопись уходить из торговли, Грегори. Повремени. Я знаю, ты мог бы найти работу в какой-нибудь газете — Бен Керри недавно говорил, но я бы не советовал. Проще писать что хочется, работая в конторе. Бен сам поговаривает о Флит-стрит, однако меня одолевают серьезные сомнения.

Меня вдруг охватила зависть. У Бена было все: ум, уверенность, огромный запас сил, внешность и Ева Элингтон. Я всегда немного завидовал Бену.

— Вот интересно, чем бы мог заниматься мистер Элингтон, — с нарочитой непринужденностью сменил я тему. — То есть, конечно, много чем. Как ты думаешь, не зря он выбрал торговлю?

Джок задумался:

— Не знаю, чем бы он мог заниматься. Наверно, преподаватель из него вышел бы неплохой. Слышал когда-нибудь, как он рассказывает? Заслушаешься! Я однажды ходил с ним в фабианскую летнюю школу. Ему тогда сделали несколько предложений, но с такой большой семьей он, видимо, решил не рисковать. Жаль, конечно. По-моему, в шерстяной торговле ему не место.

Я удивился:

— Вроде бы дело ему дается. Почему ты так думаешь?

— Ему просто повезло с фирмой. «Хавес и компания» сильно отличается от своих конкурентов. Однако в случае чего Джон скорее прогнется под обстоятельства и не выстоит.

Я вспомнил, что иногда тоже думал так о мистере Элингтоне.

— Может, ты и прав. Джо Экворт покрепче будет. Кремень, а не человек! Но все же мне кажется, что мистер Элингтон пока приносит фирме больше пользы, чем старик Джо. Он находчив и энергичен, знает, когда надо потрудиться, а когда игра не стоит свеч. В торговле стойкость не главное.

— Я видел поболе твоего, Грегори, пусть сам никогда и не торговал. С первого взгляда это дело нехитрое, но где-то за курением трубок, питьем кофе и настольными играми прячется поле боя. Поэтому я и не полез в коммерцию. Не люблю воевать, — с усмешкой заключил Джок. Сестра не предупредила его, что повоевать ему все же придется: одно из сражений принесет ему Крест Виктории и смерть. А может, как раз предупредила?.. Джок плавно и мощно шагал вперед, его смуглое лицо вновь приняло невозмутимое выражение — ни дать ни взять вождь благородного племени.

Мы покинули Браддерсфорд и обратили взоры к горам. Воздух оглашали пение жаворонков и блеянье овец. По обе стороны от дороги протянулись серые каменные заборы, конца которым не было до самых высоких пустошей. Последние облачка тумана растаяли, синева над головой стала выше и глубже, а золотой свет, казалось, можно потрогать — и мягкое тепло тоже. Меня тянуло еще поговорить об Элингтонах, но я не знал, с чего начать. Словно прочтя мои мысли, Джок сказал:

— Я бы на твоем месте не привязывался сильно к Элингтонам.

— Что… почему, Джок? — пробормотал я. — Почему ты так говоришь? Послушай, только ответь честно, я ведь не выставил себя дураком, а? — В нежном возрасте мы все боимся выставить себя дураками, но сами не замечаем, когда это действительно происходит.

— Нисколько, — ответил Джок. — Никто над тобой не смеется. Сестры раньше иногда хихикали, но ты ведь знаешь девушек, им только дай повод.

Я девушек не знал, однако спешно ответил, что знаю.

— Тогда что ты имел в виду, Джок? Почему я не должен привязываться к Элингтонам?

— Я не говорю, что мы вообще не должны привязываться. Что мы не можем любить других людей и быть преданными друзьями.

— Да я так и не подумал… Но что ты имел в виду?

Прежде чем ответить, Джок попросил меня описать свои чувства к Элингтонам в тот день, когда я впервые заметил их в трамвае. Я честно рассказал ему про волшебство, которое от них исходило.

— Наверное, если бы сестры не были так хороши собой, я бы воспринял их иначе, — заключил я. — Но одной только красотой девушек этого не объяснить. Мне словно бы открылась чужая жизнь, насыщенная и полная радости… а сам я мог только смотреть на нее со стороны.