— Люси! — окликнула ее Шарлотта. — Это правда?

— Ну… — Люси сделала попытку прийти в себя, — отчасти.

Лэмб посмотрел на часы.

— У вас остался один час пятьдесят пять минут.

Люси услышала голос Элфа.

— Джордж, перестань кидаться на дверь. Это нисколько не поможет. Дай мне подумать. Возможно, есть способ достать ключ из колодца.

Из-за двери раздался разъяренный крик Джорджа.

— Не смей к ней прикасаться! Ты слышишь? Вся эта путаница произошла и по твоей вине. Рупа никогда бы не приняла тебя за лорда Кендала, если бы не застала тебя с его женой.

— Ты идиот, Джордж, — сказала Рупа. — Ты разозлишь его еще больше.

Люси была уверена, что Генри Лэмб услышал это как: «Тырь компот, Джордж. И разом улетишь куда подальше».

— Рупа, отведи Джорджа вниз, — прозвучал голос Элфа. — Нет, Джордж, тебе придется пойти. Рупа абсолютно права. Найдите веревку и ведра, и мы начнем вычерпывать колодец.

— Мы не можем уйти и оставить ее с ним одну, — кипятился Джордж.

— Чем быстрее мы найдем ключ, — сказал Элф, — тем быстрее освободим ее. Ради Бога, Джордж, спускайся и начинай работать. Если нас здесь не будет, этот человек, вероятнее всего, оставит Люси в покое. Шарлотта, и ты тоже. А я иду за вами.

— Люси, — раздался беспомощный голос Шарлотты.

— Шарлотта, уходи, — повторил Элф.

— Люси, — снова окликнула ее Шарлотта, — держись. Что бы ни потребовалось, мы все сделаем.

За дверью послышались удаляющиеся шаги, затем голос Элфа:

— Сэр, как бы вы ни были сердиты, пожалуйста, не причиняйте ей вреда. Она действительно очень порядочная девушка.

— Один час и пятьдесят четыре минуты, — отозвался Генри Лэмб.

Элф кубарем скатился с лестницы.

Люси заметила, что Генри Лэмб выглядит чуть менее рассерженным.

— Наконец то, по моему, у них появился стимул, — сказал он. — Как ты думаешь?

Глава 10

Стройный, гибкий, чуть растрепанный, Лэмб стоял, прислонившись плечом к стене. Неяркий матовый свет, проникающий сквозь окно, освещал восхитительные черты его лица, небрежную позу аристократа.

Его одежда не была новой или особенно модной. Желто-коричневый сюртук слегка потерт на широких плечах, серые штаны из оленьей кожи потеряли форму от долгой носки. Башмаков, насколько видела Люси, давно не касалась щетка.

Даже беглого взгляда на его лицо было достаточно, чтобы понять, что он вне себя.

«Он действительно собирается сделать то, что сказал, или поцеловал меня только для того, чтобы напугать Джорджа?» — в отчаянии подумала Люси.

И еще она подумала, может, стоит снова надеть шляпу: ведь она, кажется, мешает ему целоваться. Раньше ей это никогда не приходило в голову. Уж не потому ли, когда она уходила из дома с Джорджем и Элфом, мама всегда говорила: «Ты не забыла шляпу?»

Не в силах поднять взгляд выше наколенников на его штанах, Люси спросила:

— Вы думаете, они смогут выпустить нас отсюда через один час пятьдесят четыре минуты?

— Если успеют вычерпать колодец.

Его тон был так суров, что она схватила шляпу и нахлобучила ее на голову. Обретя благодаря этому жесту некоторую уверенность, она с жаром обратилась к потрепанным носкам башмаков Лэмба:

— Я хочу, чтобы вы знали, что, по моему, «изнасиловать» — очень грубое слово. Что может быть более диким? Это звучит так, словно вы… — она судорожно попыталась найти пример из истории, — вестгот. Мне кажется ужасным лицемерием, когда мужчина, намереваясь лишить девушку невинности, рассуждает при этом о женских добродетелях.

— У тебя неплохо подвешен язык, — сухо заметил Лэмб. — Можешь написать на эту тему трактат.

— Смотрите, в какое горе вы повергли моих друзей! — не унималась Люси.

— Я так огорчен. — В голосе Лэмба зазвучала насмешка. — Твои друзья такие неумехи, что только необходимость спасти тебя заставит их хоть что-то сделать. — Он шагнул от стены, и Люси отбежала за стол. — Ты не подумала, что участие в похищении человека повлечет за собой что-нибудь плохое для тебя же?

— Раньше этого не случалось, — ответила она.

— Раньше? Ты хочешь сказать, что похищение для тебя — привычное дело?

В голосе Лэмба послышалось такое изумление, что Люси решила: лучше оставить вопрос без ответа. Она надолго умолкла, разглядывая пуговицы на его рубашке. Потом сдавленно прошептала:

— А если нам не удастся открыть дверь через час пятьдесят четыре минуты, вы намереваетесь сделать со мной то, что пригрозили?

— Можешь быть уверена, — холодно подтвердил он.

Хотя эти слова и были сказаны тихим голосом, Люси на какое-то время потеряла способность двигаться и даже думать. Немеющими пальцами она схватилась за край стола. Спазм внутри чуть не согнул ее пополам.