Валентин угомонился; я посмотрел-посмотрел на него и решил закругляться.

– Кто? – прошептал пленнику на ухо. – Кто вас нанял? Уверен, что знаю, но пока это лишь догадки. Скажи мне, Валентин. Скажи сам.

Хмурый выдернул изо рта пленника кляп, и усач долго отплевывался и разминал занемевшую челюсть, прежде чем заговорить. Даже пришлось его поторопить.

– Не тяни время!

Тогда Дрозд шумно выдохнул и спросил:

– Себастьян, ну какой мне прок с тобой разговаривать?

Хмурый взялся за щипцы, я жестом велел ему обождать и улыбнулся:

– Полагаю, Валентин, быстрая легкая смерть тебя не прельщает?

– Нисколько, – подтвердил усач.

– Тогда обоснуй, какой мне прок оставлять тебя в живых. Потому как, если ты начнешь запираться из одной лишь врожденной вредности… Ну, ты же помнишь, как мы поступали с подобными упрямцами…

Валентин откашлялся и повернул голову, пытаясь поймать мой взгляд, не сумел и раздраженно мотнул головой.

– Мое предложение такое, – прохрипел он. – Ты отдаешь Берту и отпускаешь меня, а сам бежишь из Стильга и никогда не возвращаешься обратно.

Хмурый выразительно раскрыл и с лязгом захлопнул зловещего вида щипцы, а Эдвард в удивлении выгнул бровь и пригладил русую бородку.

– Может, тебя еще в зад поцеловать? – хмыкнул он.

– Принеси головню, – попросил Хмурый лучника, – поиграем в игру «отрывай и прижигай».

– Дешевый…

– Хватит! – остановил я излишне говорливого усача хлопком ладони по затылку. – У тебя есть что сказать – так говори, пока с твоим организмом не случилось никаких необратимых изменений.

– Я все сказал!

– Ты сказал, что я должен сделать, но не сказал почему.

– Герцог Арно, – произнес Валентин, как будто одно лишь только это имя объясняло решительно все.

И оно действительно многое объясняло. Многое, но не все.

– Друг мой! – ласково потрепал я усача по щеке. – Участие герцога в этом деле вряд ли можно счесть неожиданным поворотом. Учитывая, что мы сейчас находимся в казематах Пурпурной палаты, я бы очень удивился, окажись это не так.

– Не глупи! – хрипло выдохнул Дрозд. – Герцог не тот человек, с которым можно играть!

– Это аргумент! – кивнул я и обратился к своим подручным: – Никто ведь не хочет, чтобы на нас объявил охоту второй человек в очереди на королевский трон?

– Плевать! – усмехнулся Хмурый, который числился в розыске как враг Короны уже без малого десять лет.

– Глупцы! – дал выход своему раздражению Валентин Дрозд. – Вы можете сколько угодно бегать от пузатых стражников, но когда за вас возьмутся всерьез, вас из-под земли, со дна морского достанут! Герцог не прощает обид, он уничтожит всех посвященных в эту тайну!

– Воистину так! – согласился я с последним утверждением усача и спросил: – Но зачем его светлости было связываться с чернокнижниками, Валентин? Вот скажи, зачем?

– Разговорить меня решил?

– Не для протокола.

Дрозд немного поколебался, но все же запираться не стал и поделился своими догадками на этот счет.

– У герцога есть все, кроме уверенности в завтрашнем дне, – сообщил он. – Его папенька, кронпринц Иоанн, интересуется лишь смазливыми дамочками и охотой, да и сам герцог Арно в пору беспутной молодости заслужил среди придворных репутацию недалекого вертопраха. В отличие от принца Августина, эта ветвь семьи не пользуется поддержкой армии, а лояльные дворяне лояльны им только до тех пор, пока уверены, что после коронации Иоанна Второго получат возможность безнаказанно набивать собственную мошну! – Валентин замолчал и попросил промочить горло.

Я велел Эдварду напоить его и добавил:

– К тому же дочь кронпринца замужем за отпрыском герцога Мора, и это тоже добавляет интриги.

– Так и есть, – подтвердил усач. – Со старшей сестрой у герцога Арно отношения не самые лучшие. Именно поэтому он жаждет обрести настоящую власть. Встанете между ним и троном, и он пойдет на все, лишь бы уничтожить вас!

– Но между тем ты рискнул запустить руку в его карман?

– Ты так ничего и не понял, Себастьян! – выкрикнул Дрозд. – Я не собирался его обманывать! Этот ребенок… в нем действительно соединяются Тьма и Скверна! Не возьмусь утверждать, будто он тот самый Осквернитель, но лучше бы тебе избавиться от него. И тогда все разрешится само собой!

– Как скажешь, как скажешь, – покивал я, не став тратить время на бессмысленные препирательства. – Значит, ты должен был доставить герцогу ребенка?

– Только его кровь. Крови будет достаточно.

– Уже проще. – Я задумчиво глянул в потолок и уточнил: – Какие сроки?

– С чего мне с тобой откровенничать? – скривился Валентин.

– С того, что ты везучий сукин сын, а я не собираюсь всю оставшуюся жизнь бегать от шпиков нашего будущего монарха.

– Что ты предлагаешь? – настороженно спросил Дрозд, резонно заподозрив в моем предложении некий подвох.