Мерный речитатив напоминал заклинание. Очень длинное и очень заунывное, но для меня было важно, что эта молитва заканчивала замороченную процедуру избавления от скверны. Ватари-сама поражался тому, как мне удалось настолько внутренне перемазаться и пораниться. Я же считал, что отделался малой кровью. Смысл поговорки "сила солому ломит" предстал передо мной во всей ясности. Столкновение с Белым Змеем оставило такую рану, какую не смогла оставить смерть. Сила Орочимару находилась далеко за пределами моего "взрослого" опыта и привычных представлений о человеческих возможностях. Давление его воли сметало любую попытку сопротивления.

Жутко представить горнило, в котором родился подобный монстр, и непонятно, как я вообще выжил, с моим-то заячьим сердцем.

Поклонившись в последний раз, священник обернулся.

– Всё. Сделано.

– Спасибо за ваши хлопоты, Ватари-сама.

– Ага. Спасибо большое, деда!

– Ладно-ладно, - отмахнулся старик, но сразу распорядился: - Приходите послезавтра! Устроим праздник и наречение.

Хатаке Какаши, Сёши и плоды фундаментального образования

Потянувшись застегнуть ботинок, я промахнулся мимо пряжки и едва не клюнул носом. Голова опять пошла кругом.

Чёрная слепая зона, ставшая привычной за последние годы, вдруг заполнилась океаном цветного света. Сжатый и однобокий мир распахнулся. Видеть окружающее двумя глазами было радостно, но иногда его оказывалось слишком много. Малейшее движение раздваивало контуры предметов. Лес на склонах долины дышал и шевелился. Горы зыбко парили между землёй и облаками, а сами облака рябили, как поверхность ручья.

Опустившись на ступеньку у входа, я боролся с искушением опустить хитай на привычное место. С крыши мягко спрыгнул мелкий и примостился рядом.

– Голова болит?

– Нет. Просто кружится.

– А-аа... Наверное, мозг привыкает, - глубокомысленно предположил Сёши.

– К чему?

– Двойная картинка. Как в бинокле. Он настраивает... ну, чтобы чётко было.

Удивительно похоже на правду. По отдельности каждый глаз видел прекрасно, но общий вид никак не складывался.

– Почему ты так думаешь?

– Один глаз не может создать по-настоящему выпуклый... объемный рисунок. Мозг должен приспособиться к тому, что снова видит из двух точек, - мелкий говорил уверенно, словно повторяя прописные истины, известные даже детям.

– Пожалуй, ты прав. И надолго это?

– Ну-у, - он замялся, - я слышал про один опыт. Людям надевали особые очки, которые переворачивали... м-мм...

– Изображение?

– Да, переворачивали изображение... Но через некоторое время мозг переворачивал его обратно!

– Хм, занятно... И как скоро?

– Недели две. В редком случае, месяц. Но думаю, у вас получится быстрее. То ведь были простые люди, не шиноби.

Заботливые интонации мелкого вызывали улыбку.

– Спасибо. Это обнадёживает.

– Ага!
– Сёши самодовольно растянулся поперёк моих коленей.

До ранения левый глаз был ведущим. Надеюсь, сын прав и они смогут договориться. Прятать обновлённый шаринган мне не хотелось. Семь лет назад, вернувшись в деревню с прощальным подарком Обито, я досыта наслушался угроз и обвинений. Если бы не Минато-сенсей, не знаю, чем это всё могло закончиться... Посмотрим, что случится теперь.

Я каверзно дёрнул разомлевшего мальчишку за ухо.

– Хочешь сходить в гости?

– Хочу!
– мелкий с готовностью вскочил.
– А куда?

– К дяде. Он делает оружие и инструменты на заказ.

Когда мы с отцом приходили в долину, я всегда забегал в мастерскую к Юмото. Сёши тоже будет интересно посмотреть. А если дядя потащит нас любоваться мечами - тем лучше. Под это дело закажу у него что-нибудь для мелкого, или подберём из готового.

Как и ожидалось, мастерская понравилась. Сын вцепился в одного из дядиных помощников и таскал его за собой, требуя объяснений всего-всего. Парень усмехался, но послушно отвечал на вопросы.

Дядя Юмото гордо демонстрировал мне отобранную сталь. Тонкие обломки слитков заполняли почти половину шкатулки.

– Думаю, ещё одна плавка, и мы наберём достаточно металла. Через год-полтора жди новый меч.

Мелкий немедленно оторвался от затемнённого барьера, в котором шипели белые дуги молний, чтобы сунуть любопытный нос в коробку.

– Полтора года?! Так долго делать один меч?

– Нет, ну что ты, Сёши-чан, - развеселился Юмото.
– Меч я скую за месяц. Ещё столько же займет полировка и отделка. Долго делать тамахаганэ - Алмазную сталь.