"Что?" - осторожно спросила я.

Глаза ее еще больше вытаращились, если это вообще возможно.

"Разве ты не видишь?" - она взмахнула рукой, затрудняясь подобрать слова, - "Вот", - наконец, нашлась она, - "Посмотри вокруг, Лили. Свет горит".

Я посмотрела на фонарик у нее в руках.

"Скаут, я тут вообще-то переживаю личную драму, а ты говоришь мне о том, что включила свет".

Было заметно, как в ней нарастает раздражение.

"Я не зажигала свет, Лили".

"И что?"

Скаут уперла руки в бок.

"Если свет горит, но его включила не я, в комнате остается только один человек, который мог это сделать".

Я подняла голову, рассматривая лампу из молочно-белого стекла у нас над головами. Лампа ярко светилась, но свет, казалось, то вспыхивал, то тускнел - тудум, тудум, тудум – словно сердцебиение.

Пульсация гипнотизировала, казалось, что свет становится ярче, когда я смотрю, но него, но ритм оставался не изменен. Тудум, тудум, тудум

"Подумай о родителях", - подсказала Скаут, и я перевела взгляд с лампы на нее.

"Что?"

"Сделай, что я прошу. Без вопросов. Просто сделай".

Нервно сглотнув, я кивнула.

"Подумай о родителях, о том, как они дурачили тебя. Как разыгрывали перед тобой фальшивую жизнь, не настоящую карьеру. О том, что они связаны с НИИ Стерлинг, о том, что происходит, за твоей спиной. Научно-Исследовательская организация контролирует твоих родителей и их отношения с тобой".

Гнев и чувство предательства жгли меня изнутри, от нахлынувших эмоций сдавило горло, я пыталась сдержать навернувшиеся слезы.

"Теперь смотри", - осторожно сказала Скаут и подняла глаза к потолку.

Лампа разгорелась ярче и пульсация ускорилась. Сейчас она стала похожа на взволнованное сердцебиение.

Мое сердцебиение.

"О, Господи!" - произнесла я, а пульсация ускорялась, по мере того как рос мой страх.

"Да уж", - отозвалась Скаут, - "Эмоции зашкаливают, я полагаю. Ты разволновалась, и зажегся свет. И чем больше ты волнуешься, тем ярче он становится. Ты замечаешь, свет то тускнеет, то разгорается?"

"Как стук моего сердца", - констатировала я.

"Ладно", - сказала она, поворачиваясь к двери, - "Похоже, у тебя, наконец, появилась магия", - она оглянулась с довольной улыбкой, - "Поздравляю!"

Настроение у нас было не подходящее для занятий, поэтому мы нашли укромный уголок в главном здании - подальше от административного крыла и злополучных папок - и затаились там до конца занятий. Мы мало разговаривали. Я сидела на полу, скрестив ноги, прислонившись к холодной стене, и смотрела в потолок украшенный мозаикой. Я размышляла. Повторяла про себя одно слово снова и снова. Это слово - и только оно - мигом выгнало из головы все мысли о тайной жизни моих родителей.

Магия.

Я владею магией. Способность зажигать свет, может и не бог весть какой талант, но это магия и все остальное не важно.

Должно быть, магия пробудилась от вспышки заклинания огня пару дней назад. Иначе я и не знаю, как это можно объяснить, и метка на спине служит тому доказательством. Я стала одной из них, не потому что я такой родилась, как Скаут, а из-за того что однажды ночью в подвале свернула не туда.

Так как я, несомненно, обладаю магией, и мы уже не в укромном архиве в кабинете Фолли, а слоняемся по школе, я сконцентрировалась на том, чтобы оставаться спокойной, следить за дыханием и стараться не допустить, чтобы всплеск эмоций превратил меня в Томаса Эдисона[17].

Когда закончилось время самостоятельных занятий, мы смешались с толпой, покидающей Большой Зал и вернулись к себе в комнату. Там нас снова настигла "звездная" компания. Похоже, они решили, что измываться над нами намного интереснее, чем сидеть по своим комнатам. Тем не менее, мы их проигнорировали и сразу прошли в комнату Скаут.

Скаут заперла за нами дверь, а снизу подоткнула ее полотенцем.

"Мне нужно свериться с Колдовской книгой. Посмотрим, что там можно найти, но чтобы понять, что мне искать, давай выясним, что ты можешь делать".

Около минуты мы сидели молча.

"Но как я это сделаю?" - спросила я. Скаут задумалась.

"Не знаю. Ты единственная с магией света. А ты не знаешь?"

Я сухо посмотрела на нее.

"Ах, да, ты ведь даже не осознавала, что делаешь".

В спальню Скаут постучали. Она бросила взгляд на закрытую дверь, а затем на меня.

"Да? "

Из-за двери раздалось хихиканье.

"Нашли что-нибудь интересное в своей папке?"

Я чуть не зарычала от такой наглости. В ответ на мое раздражение комната вдруг озарилась ярким светом. Он был намного ярче, чем положено быть электрическому освещению.