– Как всегда, – вздохнул Жан. – Я заметил, в какое бы время сюда ни приходил, всегда свободных столиков не бывает.

– Почему же? – возразила Лиза. – Вот девушка одна сидит, можно и к ней подсесть. – Она взяла Жана за руку и направилась к одиноко сидящей девушке: – Вы не против, если мы вам составим компанию?

Девушка взглянула на молодых людей, скривила лицо и сказала:

– Не против, но только если место со мной рядом займет молодой человек, а не ты.

Жана всего передернуло от этих дерзких слов. Он уже раскрыл рот, готовый высказать свои соображения в ее адрес, но Лиза дернула его за руку и прошептала:

– Сходи к барной стойке, посмотри цены.

Жан еще раз взглянул на нахальную посетительницу и послушно направился к стойке.

Громкая музыка заглушала ответы бармена, который посвящал Жана в цены напитков.

Жан постоял еще некоторое время, рассматривая ассортимент, и направился обратно к столику. Теперь там сидела одна Лиза.

Жан сделал удивленные глаза.

– А где…

Лиза пожала плечами.

– Ей, по-моему, здесь не понравилось, и она ушла домой.

Жан подсел за столик.

– Чудеса!

– Какие это чудеса, – удивилась Лиза и внезапно схватилась за голову.

– Что это с тобой?

– Сейчас мне показалось, что с нами кто-то желает встретиться.

– Это Ник и Ин нас на улице дожидаются, – догадался Жан. – Они, наверное, пройти не могут. Смотри, сколько сегодня народа здесь собралось. Раньше такого я не замечал.

– И часто ты сюда ходишь?

– Нет. Просто нет времени часто ходить. Иногда, бывает.

– И с кем же?

– С друзьями. Эта дискотека от моего дома недалеко, поэтому пару раз в месяц захожу.

– И тебе здесь нравится? – допытывалась Лиза.

– По настроению. Может, пойдем, потанцуем.

– Так, как они, я не смогу. Смотри, что там вытворяют.

– Да это очень просто. Это же не какой-то там вальс, здесь намного проще: стой и ломайся.

– И музыка странная. Я раньше такой никогда не слышала.

– Здесь каждый сходит с ума по-своему. Ничего сложного, пойдем, я тебе покажу, – Жан взял Лизу за руку и повел в середину зала.

Она некоторое время следила за его движениями, потом начала их повторять, прибавляя при этом еще что-то свое, но музыка закончилась, и все остановились.

– Ну как? – спросил Жан.

Лиза пожала плечами.

– Может, что и получится, но не с первого же раза.

Зазвучал другой трек, и Лиза стала расходиться. Она замечала удивленные глаза Жана и всех окружающих. Они окружили молодых людей и удивлялись, как у них так все красиво получается.

У Жана пропало смущение, и он выкладывался, стараясь не отставать от своей подружки. Мельком он заметил появившихся в зале Ника и Ин, но уже не мог остановиться. Их друзья стояли среди толпы и вместе со всеми хлопали.

Когда закончилась музыка, то публика одарила их выступление продолжительными аплодисментами.

– Где вы так станцевались? – спросила подошедшая Ин.

– С Лизой всегда все получается, – переводя дыхание, ответил Жан. – Мы думали, что вы не придете.

– Спасибо твоей подружке, – сказал Ник и с благодарностью взглянул на Лизу. – Там, действительно, уже никого не пускают, а мы прошли без всяких трудностей и без билетов, ты представляешь!

– Я ничему уже не удивляюсь, – ответил Жан, провожая своих друзей к столику.

– Я вижу, у вас все схвачено, – Ин довольно улыбалась. – Я сама сначала всему удивилась, а потом решила, что это только благодаря Лизе.

Они уселись за столик, и тут же к ним подошел официант.

– Будете заказывать? – вежливо спросил он.

– Бутылку шампанского и шоколадку для девушек, – сразу определился Ник.

– А вас просят подойти к барной стойке, вот к той особе, – обратился официант к Лизе.

Она взглянула на Жана.

– Я с тобой, – вызвался Жан.

Лиза наклонила голову на бок.

– Меня же хотят видеть, – сказала она. – Я сейчас. Вы развлекайтесь.

Лиза встала и направилась за официантом.

– Вот она, – указал он пальцем на сидящую спиной к залу женщину.

Лиза подсела рядом и взглянула на незнакомку. Женщина обернулась и обратила на нее свое внимание.

– Ты меня не узнаешь? – спросила женщина.

Лиза молча покачала головой и всмотрелась в лицо.

– Нет.

Неожиданно Лиза стала замечать, как лицо незнакомой женщины постепенно начало стареть, пока не превратилось в морщинистое и совершенно старое. Женщина взяла дрожащей жилистой рукой ее за плечо, и только теперь Лиза признала в ней Люсию Петровну.