– Этого не может быть!

– Может, Лиза, может. Я с ней говорил. Она мне напомнила, что завтра, в субботу, нам надо быть на Дворцовой площади.

– Что еще она тебе сказала? – Лиза обхватила Жана за шею. – Говори, не молчи.

– Она сказала, что устала жить на этом свете, что тебя очень любит…

– Тетушка когда-то мне призналась, что и ты ей мил.

– Вот видишь, как все хорошо складывается. Значит, у нас еще что-то получится!

– Только до завтрашнего вечера, а там что Бог даст.

– Он нам даст все, – заверил Жан.

– Ты, как всегда, такой фантазер. Нас ждет расставание, и я не знаю, как быть дальше.

– Все зависит только от тебя.

– Если бы, – снова вздохнула Лиза. – К своему возвращению, я боюсь, уже не застану ее в живых. В тот раз мне показалась, что она исповедовалась передо мной.

– Она тогда тебе ничего больше не сказала?

Лиза молча покачала головой.

Жан проводил Лизу в комнату и усадил в кресло.

– Отец не приходил? – спросил он.

– Пока нет. Я хотела с ним попрощаться.

– Ну, это неважно. Слушай теперь меня внимательно. Мы все вместе должны еще раз побывать в твоем времени.

– А потом? Вы же можете не вернуться и останетесь там навсегда. Я не хочу, чтобы вам было плохо. Мы разойдемся завтра, как говорила тетушка.

– Если я тебе скажу одну вещь, то ты меня примешь за идиота, но это действительно так. Не зря же я ее искал.

– Я что-то не понимаю, – Лиза взяла Жана за руку и крепко сжала ее. – Ты еще что-то знаешь?

– Я ничего не знаю. Теперь знаешь все ты, но не догадываешься.

– В чем это все заключается?

– Ты не поверишь, но она передала свой дар тебе в наследство. Ты понимаешь, о чем я говорю?

– Ничего не понимаю, – Лиза растерялась от услышанного.

– Завтра мы все идем на площадь и с появлением огненного шара исчезаем. Ты должна совершить это перемещение во времени.

– Я? Почему я? Ты ничего не путаешь?

– Ничего. Потом, твоими стараниями, мы возвращаемся обратно в двадцать первый век, сюда, ко мне.

Лиза слушала Жана и не могла понять его слов.

– Ты хочешь сказать, что теперь я могу делать то, что и тетушка?

– Только ты. Люсия Петровна уже бессильна в этом.

– А если произойдет какая-нибудь ошибка? Если у меня не получится?

– В таком случае есть предложение сегодня с тобой вдвоем все это испробовать. Зачем подвергать риску Ника и Ин? Пусть лучше они здесь расстанутся навсегда, а я останусь там, с тобой.

Растерянный вид Лизы довел Жана до смеха.

– Ты ненормальный, мой мальчишка, – возразила Лиза. – Ты понимаешь, о чем говоришь?

– Идем на площадь, – решительно сказал Жан и взял Лизу за руку. – Пусть Ник с Ин отдыхают.

Жан потянул Лизу к выходу.

– Ты думаешь…

– Я знаю, – уже утвердительно произнес он, и они вышли из дома.

– А вот и твой отец идет, – заметила Лиза.

– И куда в столь поздний час вы собрались? – удивился отец.

– Пап, мы скоро. Метнемся на некоторое время в начало восемнадцатого века, родителей проведать надо.

Лиза закрыла рот руками, чтобы не расхохотаться, когда увидела, какое лицо сделал отец.

– Ты что, выпил?

– Жан не пьет, – вступилась Лиза. – Мы быстро, туда и обратно. У меня тетушка при смерти: хотелось с ней повидаться.

– У вас на метро деньги есть? – спросил потерявшийся отец.

– Пап, туда метро не ходит. Государь еще ни одного моста не успел построить, а ты – метро…

Растерянный отец махнул рукой и направился в квартиру.

– Так же нельзя, – заметила Лиза. – Твой родитель плохое может подумать.

– Что он может решить, так это только заставить меня свою историю учить.

Они остановились у колонны на Дворцовой площади, и Жан взглянул на Лизу, взял ее за руки.

– Закрывай глаза, – сказал он.

Они оба стояли с закрытыми глазами и слышали, как мимо них проходили люди и с любопытством что-то говорили.

Жан открыл глаза и заметил толпившийся народ.

– Вот видишь, ничего не получается, – расстроилась Лиза. – Только внимание людей к себе привлекли.

– Значит, нет еще двенадцати часов, – тут же сделал заключение Жан. – Граждане, скажите, сколько сейчас времени?