В основном это москвички, студентки вузов и техникумов. Они знали, что идут на нелегкое, опасное дело, требующее мужества и готовности все сделать для нашей победы над врагом…

Неудачи первого похода научили их многому. А главное, пришла уверенность в «ом, что они, девушки, могут наносить врагу ощутимые удары и тем самым помогают Москве, нашей армии выстоять в нелегком единоборстве и опрокинуть врага.

Восемнадцать суток девушки провели в немецком тылу. Не раз их подстерегала опасность, были короткие ожесточенные стычки с врагом, и всегда им сопутствовала радость успеха, завоеванного нелегким ратным трудом.

В последние пять дней кончились почти все запасы. Полуголодные, измученные девушки шли упорно на восток. Их окрыляло сознание, что свой долг они выполнили. Уже в прифронтовой полосе группа попала под минометный обстрел, но все обошлось благополучно — никто не пострадал.

Рано утром они подошли к нашим передовым постам.

— И тут, — вспоминает Нина Иосифовна Шинкаренко, — мы услышали такое долгожданное русское «Кто идет?». На мгновение усомнились: а может, это не наши? И тут снова команда часового: «Один ко мне, остальные на месте!» Эта команда у нас не вызывала ни малейшего сомнения, и мы все бросились к часовому с радостными криками…

Вскоре мы уже были в штабе, рассказали там много интересного о расположении немецких войск на этом участке. Нас хорошо накормили, отвели землянку, чтобы мы отоспались. А наутро, 6 декабря, наши войска перешли в наступление. И мы были счастливы, что наши данные о противнике, собранные за восемнадцать дней и ночей, безусловно, пригодились советскому командованию и в какой-то мере способствовали разгрому гитлеровских полчищ под Москвой…

Это было в конце января 1942 года. Наши войска вели наступательные бои, гитлеровцы ожесточенно оборонялись. Немецкий гарнизон города Сухиничи был со всех сторон окружен нашими войсками, и, чтобы деблокировать его, гитлеровское командование выбросило большой парашютный десант у деревень Попково, Ракитное, Казары, который с боем, при поддержке авиации стал продвигаться к городу.

Чтобы преградить путь десанту, ему навстречу был срочно отправлен сводный отряд № 1 разведотдела штаба Западного фронта. Возглавляли его капитан Радцев и комиссар Багринцев. Во взводе младшего политрука Русакова было отделение девушек, командовала им Леля Колесова. Я хочу назвать фамилии всех бойцов этого отделения, которые после ночного броска к фронту сразу же вступили в бой с превосходящими силами противника. Им нужно было во что бы то ни стало задержать продвижение десанта до подхода частей 10–й армии. Двое суток вели бой Леля Колесова, Тоня Лапина, Нина Шинкаренко, Зина Морозова, Нина и Зоя Суворовы, Тамара Маханько, Надя Белова, Вера Ромащенко, Таня Ващук и Ариадна Фанталова. Они были на правом фланге взвода, оборонявшего деревню Казары.

— Ну как, девичий фланг, держитесь? — спрашивал их младший политрук Русаков, подползая к разведчицам.

— Вы бы лучше за парнями поглядели, — задорно отвечала Леля, выпуская по наседавшим гитлеровцам очередь из своего автомата.

Бой был нелегким. Во взводе уже было много убитых и раненых. Погибла Нина Суворова, тяжело была ранена ее сестра Зоя. Настал момент, когда взвод получил приказ отойти. Леля Колесова на плащ–палатке тащила раненую Зою. Вот как она сама рассказывала об этом:

«…Я все ее тащила. Трудно было, снег по колено, да и Зое больно, когда тащишь ее. Тогда я взвалила ее на спину и поползла. Так было легче. Только я решила передохнуть, но тут появились на пригорке гитлеровские автоматчики и открыли по нас огонь. Зоя была снова ранена… Когда я ее тащила, она кричала что-то, но я не могла разобрать ее слов в этом грохоте боя…»

Зоя Суворова умерла от ран. В бою погибли капитан Радцев, комиссар Багринцев и многие другие. Но сводный отряд № 1 свою задачу выполнил — он задержал гитлеровский десант до подхода частей 10–й армии… Выполнили свою задачу и разведчицы — «девичий фланг» не подвел, выдержал в нелегкой схватке с врагом, закалился для новых сражений.

За успешное выполнение боевых заданий девушки были награждены орденами и медалями. Леле Колесовой, командиру группы разведчиц, Михаил Иванович Калинин вручил в Кремле орден Красного Знамени. Тогда же она и побывала в ЦК ВЛКСМ, рассказала о себе и своих боевых подругах. И вот сейчас, спустя 22 года, я читаю страницы стенографической записи, пытаюсь представить, как все это было тогда, в первые месяцы войны…

А потом была Белоруссия.

Глубокой ночыо в канун 1 мая 1942 года над Борисовским районом пролетел самолет, развернулся и снова ушел на восток… А утром среди жителей окрестных деревень разнеслась весть — возле Миговщины выброшен большой парашютный десант Красной Армии.

Гитлеровцы и их приспешники встревожились. Подтянули войска и стали прочесывать окрестности. Нашли тела трех девушек–парашютисток: они разбились при выброске. Видно, слишком поздно раскрылись их парашюты. Кто они, откуда, никто не узнал : — документов при них не оказалось. Местные жители похоронили их здесь же, у деревни Миговщина.

А вскоре по деревням и селам Минской области стала шириться молва о партизанском отряде, которым командует девушка. Отряд был неуловим, и гитлеровцы объявили повсюду, что за голову командира они готовы заплатить 30 тысяч рейхсмарок и дать еще в придачу корову и два литра «шнапса»… Долго висели эти объявления возле волостных управлений, на домах старост. Читая их, люди усмехались: попробуйте найдите нашу партизанку!