Я несколько раз переспросил девку, действительно ли Ника была беременна. Та кивала головой, отвечала, что, по-видимому, беременна, коль получила от своего хахаля по физиономии. Дыма без огня не бывает.

Все мои попытки отыскать Нику оказались безрезультатными. У меня был служебный телефон Маттоса, но обращаться к нему за помощью я не стал. Этот человек хоть и не брал взяток, но слишком вольно трактовал понятие «лжи во спасение», и я не мог доверять ему.

В нескольких эквадорских газетах, публикующих частные сообщения, я оставил свой адрес и пообещал журналистам щедрый гонорар, если они отыщут Нику.

Мария вышла замуж за Влада и получила двойное гражданство. Приглашение на свадьбу было написано ее рукой по-испански. В гостиницу «Churchill» на Кипре, где молодожены зарегистрировали свой союз, я отправил Марии телеграмму, в которой написал всего несколько слов: «ЭТО ТВОЙ САМЫЙ МЕТКИЙ ВЫСТРЕЛ».

Я живу надеждой. Каждый день хожу на почту, забираю адресованную мне корреспонденцию и с замиранием сердца перебираю разноцветные конверты с иностранными марками, и желание найти среди них письмо от Ники столь велико, что я рычу голодной пумой, и почтальонша с испугом смотрит на меня из своего окошка.

Никаких вестей от Ники до сих пор нет, но надежда, дающая мне силы пережить утрату Анны, остается. Я равнодушно просматриваю все письма, отправляю их в мусорное ведро и жду прихода новой партии.

Лишь одно странное письмо не дает мне покоя и заставляет снова и снова вспоминать про подземный тоннель на Комайо. Оно пришло из Англии два месяца спустя после страшных событий на острове. В конверте лежал маленький лист бумаги, на котором было написано всего несколько слов: «WELL, I'M READY! EVERY «GOLD» – 100 000 000 $». [6]