«Я звонила Вам сегодня утром, миссис Эспинозо,» - начала Кэйт, представив Кима и Марка хозяйке. «Это насчет Вашего заявления два года назад... Вы подавали заявление о попытке ограбления, не так ли?»

«Ясный пень, подавали. Но нас, типа, не совсем ограбили. Мужик же, типа, того - убежал. Ясный пень, я говорю Педро: пошли, заявим в Полицию. А так, ничего такого.»

«Я читал полицейский протокол, и думаю, что Вы можете помочь ФБР с одним очень серьезным расследованием, мэм,» - сказал Марк: «Расскажите нам, что Вы помните. Любые детали..»

«Ясный пень, все детали. Нет проблем, сэр. Я - как сейчас все помню, мистер Пер... Пендигус. Пожалуйста, спрашивайте, типа, что угодно.»

«Расскажите нам все по порядку. Я буду задавать вопросы, если что-то не ясно.»

«Ну, типа, мы лежали с Педро в кустах. Мы тогда, типа, встречались. Примерно пол-года. Он, типа, тогда только вернулся. Из армии, ясный пень... Мой папашка, такой: у тебя че, крыша съехала? Замуж в тринадцать лет? Не пущу! А я, такая: ну и хрен с тобой, старый хрыч. Все мои подружки уже, типа, спали с пацанами, а я, типа, че, дура?.. Ну, мы, типа, ходили... Ну, типа, трахаться... В лес. А че, как все. Ясен пень... У нас там было, типа, хорошее такое место. С дороги, типа, не видно. Знаете, типа, просеку на шоссе Гаррет? Где провода под высоким напряжением были еще? Ну потом, типа, столбы еще « разборщики» порезали? На металлолом? Ну вот, так там кусты еще. Высокие такие. Клево...»

Значит, ей сейчас как раз пятнадцать, вычислил Марк. И ждет второго ребенка. Как замечательно.

«Я там был,» - подтвердил Ким поводив пальцем по сенсорному экранчику своего телефона. «Вот здесь. Только на спутниковом фото еще есть линия электропередачи и еще нет кустов. Все фото устарели, сэр.»

Беременная посмотрела на экран и кивнула. «Ну, типа, там, сэр. Но, во-още, я с картами того, не очень... Ну, типа, мы с Педро приезжали туда, типа, почти каждую ночь... В тот раз, ну, все было обычно. Я поехала из дома в пол-девятого. Сказала мамане, типа, так и так. К подружкам с работы. Я тогда еще, типа, работала. В ателье... Типа, пока не стала совсем пузатая. До моей первой ляльки...»

«Вы помните дату?»

«Ясный пень. Апрель. Ну, типа, пятнадцатое... Или шестнадцатое?»

«Вы заявили в Полицию в 23:30, шестнадцатого,» - напомнила Кэйт с пола: «Вы подали заявление в тот же день, когда на вас напали?»

«Ясный пень, в тот же день. Когда нам еще-то заявлять?» - беременная еще раз бросила испуганный взгляд на пустое пространство ниже туловища Кэйт и попыталась притвориться, что она туда даже не смотрела.

«Значит это было шестнадцатого апреля 2028 года?» Точно, подумал Марк. Чуть более двух лет назад, и за два месяца допервого установленного убийства «Мясника.»

«Ну, типа, мы, такие, лежим в кустах. Ну, там целуемся, все такое. Готовимся, в общем... Ну, вы, типа, поняли... И, типа, мужик выскакивает. Из кустов. А у него, типа, ножик...»

«Нож у него был в правой руке или в левой?»

«Ясный пень, в руке. Где ножу еще быть-то? В правой руке, как обычно.»

«Что это был за нож?»

«Типа, обычный нож. Армейский. У всех, типа, такие,» - она тяжело поднялась с кровати и сделала два шага в направлении крошечного обеденного стола у окна: «Ясный пень, вот такой вот ножик, какой еще?» Она держала в руках табельный армейский нож, исцарапанный и с тонким лезвием от длительного использования, но по-прежнему узнаваемый.

«Этот мужчина. Как он выглядел? Какого он был роста? Высокий? Вы помните его лицо?»

«Не-а, не высокий. Но, типа, и не коротышка. Средний такой. Пять-восемь, ясный пень. Пять-восемь. Ну, или, пять-девять. Но сильный. Бицы, типа, накачанные такие.»

«В чем он был одет?»

«В майке черной, типа, был. И в темных брюках... Да, типа, военных брюках, но не в обычной камуфляжке. Я бы камуфляжку узнала, ясный пень. А че, легко! Мы их перешивали, типа, в ателье.»

«Лицо, Вы его лицо запомнили?»

«Ясный пень, запомнила. Я че, дура? Нормальное лицо. Обычное. Немного худой. Волосы черные. Ну, типа, лицо я не того, не совсем. Ясный пень, я все на ножик зырила, а че мне на его лицо пялиться-то?»

«Был он белый? Латинос? Черный? Азиат?»

«...Белый, ясный пень. Я же говорю: нормальное лицо. Или, может, латинос. Но такой, типа, почти что белый.»

«А как насчет носа? Губ? Цвет глаз, может быть? Усы, борода?»

«Нос? Нормальный, типа, нос. Обычный. Извиняюсь, сэр. Нос, я типа, того, не помню. И цвет глаз не видела. Там же темно было, ясный пень. А усов у него не было. Ни усов, ни бороды, ясный пень.»

«А что Вы думаете про возраст этого мужчины?»

«Ну, типа, старый такой.»

«Старый?»

«Ясный пень, старый. А чо, молодой, че ли? Ну, типа, не такой старый, как Вы, сэр...»

Вот спасибо, подумал Марк. Теперь меня записали в старики. Однако, для этой пятнадцатилетней мамаши любой человек старше ее мужа будет в категории стариков. Марк указал на Кима и Кэйт. «Ну, скажем, мужчина был того же возраста, что и депьюти Ким? Или, того же возраста, что мисс Боуэн?»

Девушка посмотрела на Кэйт сверху вниз, снова тщательно избегая глазами пустое пространство на месте отсутствующих ног.