– Так, это мне знакомо, - бормотал Арнинг, просматривая упаковки.
– Это тоже. Это наше, выпущено перед самой войной, срок годности, впрочем, еще не истек... Стоп! А это что?! И это?! И вот это?! И даты свежие! Кто же здесь клепает такие лекарства?!

Забыв о пиве с закусками, все трое начали изучать коробки.

– С ума сойти!
– наконец, сказал Арнинг.
– Кто бы мог подумать, в Гечитесе есть фармацевтическая фабрика с серьезным ассортиментом!

– Где-где?
– не понял Ворро.

– Ты разве не слышал? Гечитес - это такой город на Круглом океане, он соединен с Ньидерферазой железной дорогой. Когда-то там обосновались баргандцы, они в прошлом веке всерьез нацеливались на Круглый океан. Построили там современный порт, заводы, поселили людей. А потом что-то у них не сложилось, и их оттуда попросили. А цивилизация, которую они принесли, похоже, осталась.

– Подожди, это мы все знаем, - махнул рукой Неллью.
– Просто у нас этот город называется по-другому. На вилкандских картах он обозначается как Сегечен!

– Вот как, - Ворро оторвался от изучения упаковки.
– А знаешь, как он зовется по-настоящему?

– Как?

– Цгечинетеск!

– Язык сломать можно!

Город Цгечинетеск-Гечитес-Сегечен поражал разнообразием эпох и стилей.

Широкая гавань, в которой совершил посадку самолет, была заполнена судами, которые словно сошли с различных страниц какого-то корабельного атласа. Здесь были одномачтовые шхуны с косыми парусами и солидные купеческие двух- и трехмачтовики, полугалеры с островов Сагвас и стремительные барки и бриги с высокими мачтами с несколькими ярусами рей. С ними соседствовали пароходы - от примитивных колесных каботажников до вполне современных сухогрузов, а у отдельного причала выстроились несколько небольших военных кораблей, окрашенных в шаровой цвет, и среди них - громада старинного угольного крейсера с четырьмя высокими трубами и зачехленными орудиями в больших угловатых башнях.

Это ощущение соединения в одном месте разных времен только усилилось, когда их троих (Моран Торк остался в Зеннелайре запускать производство) везли по улицам города в большом паровом автомобиле с неожиданно современными сочетаниями кузова. Цгечинетеск напоминал мозаику, сложенную неким безумным градостроителем из совершенно разнородных кусочков. Древние храмы и дворцы, казалось, вросшие в землю под грузом веков и тысячелетий, сменялись тяжеловесными зданиями в баргандском колониальном стиле, а те уступали место особнякам за высокими заборами, жилым домам заморского типа с высокими и узкими зарешеченными окнами, начинавшимися не ниже второго-третьего этажа, современным многоэтажкам с обилием тонированного стекла или жалким домишкам с крохотными слепыми окошками... Почти все здания были сложены из одного и того же темно-желтого камня, с возрастом приобретавшего серый оттенок, но от этого различия между постройками, словно пришедшими сюда из эпох, разделяемых многими столетиями, выглядели еще более заметными и вопиющими.

Под стать этому городу были и его обитатели. Смуглые заморцы с усами или короткими бородками, безбородые белокожие уроженцы Приморья, низкорослые плосколицые люди с юго-востока континента и метисы всех цветов и видов. Все они были одеты (а то и раздеты) настолько разномастно, что у Гредера Арнинга просто зарябило в глазах. Окончательно добила его картина, которую он мельком увидел на трамвайной остановке. В обычный вагон, практически не отличавшийся от тех, что можно было увидеть до войны на улицах Галаны, садилась компания из пожилого заморца в набедренной повязке и высоком головном уборе из разноцветных птичьих перьев; колоритного моряка в камзоле, черном головном платке и с черной же повязкой на глазу; статной старухи в длинном черном платье, расшитом узорами, и белой жилетке; темноволосой белокожей девицы с прической гребнем в полосатом топике и в мини-юбке и типичного офисного клерка с портфелем в руках, одетого в темные брюки и светло-голубую рубашку с галстуком. Не удержавшись от нервного хихиканья, Арнинг заработал ответный смешок от Ворро и сочувственный взгляд от сидевшего напротив Неллью.

Цгечинетеск, очевидно, нужно было принимать таким, каким он есть, или просто сойти с ума от его постоянных контрастов. По этому городу ездили трамваи, на столбах были установлены современные электрические фонари, но в потоке машин, попадавшихся навстречу, не было ни одной знакомой Арнингу марки - сплошь паровички с обрисами, напоминающими о 20-х годах, если не о конце прошлого века, педальные самокаты разных типов, велосипеды и велорикши.

Город явно обладал современной промышленностью. На подлете они видели обширную промзону с многочисленными трубами, извергавшими дым, громадными заводскими корпусами, густой сетью железнодорожных путей, по которым двигались поезда, огромными горами угля. Однако со всем этим каким-то образом сочетались ремесленные мастерские и мелкие лавочки, занимавшие все первые этажи домов в целых районах.

Автомобиль проехал через широкие ворота в высокой городской стене, сложенной из того же желтого камня. Однако даже старый центр поражал своим сочетанием древних, старинных и современных зданий, которые, как ни странно, неплохо подходили друг другу. Немного покружив по нешироким улочкам, автомобиль выбрался на обширную площадь с фонтаном посредине и большими зданиями с массой белых колонн по бокам. Похоже, они, наконец, приехали к зданию магистрата, где их ожидала встреча с бургомистром - правителем вольного города Цгечинетеска и его окрестностей.

Бургомистру Чиззену Буцелафу на вид было около пятидесяти. Это был высокий крупный человек, балансирующий между просто полным и толстым, с небольшими аккуратными усиками на смуглом лице и внимательными черными глазами, прячущимися за узкими щелями набрякших век. От него исходило неуловимое ощущение властности и сдерживаемой силы.

– Приветствую вас, - звучным приятным голосом произнес по-баргандски бургомистр, встав навстречу им из-за стола.
– В нашем городе нечасто бывают гости из таких далеких краев.