Сглотнув, Ленор смотрела вслед убегающему прошлому, отвергла собственное представление о будущем и, понимая, что другого варианта не предвидится, заполнила пустоту тем, что предлагал герцог. Потом опустила взгляд на стиснутые руки.

— Нет такой причины, ваша светлость.

Она не заметила, как расслабились его плечи, как он выдохнул, перестав сдерживать дыхание.

— Джейсон, — мягко поправил он. Ее нежелание обращаться к нему по имени явно исходило из каких-то женских опасений. Как только она станет его женой, он положит этому конец.

Ленор подняла на него глаза и, опустив ресницы, склонила голову.

— Джейсон.

На мгновение повисла тишина, которую нарушали лишь курлыкающие под окном голуби да пронзительные крики скворцов в вишневой кроне. Ленор почувствовала странную напряженность между ними. Догадываясь, куда это может завести, она передернула плечами, выпрямилась и снова подняла взгляд к окну.

— Ваша светлость… Джейсон, — поправилась она. — Учитывая, что мы, видимо, собираемся пожениться, мне бы хотелось знать, чего вы от меня ожидаете. Почему так уверены, что из меня получится достойная герцогиня?

Джейсон нахмурился:

— Вы идеально отвечаете всем требованиям, дорогая.

— Пусть так, но я бы хотела знать, какие точно обязанности на меня будут возложены.

Ленор не сводила глаз с вишни в саду. Даже не оглядываясь, знала, что на его лице застыло непреклонное выражение.

Джейсон наблюдал за ней в профиль. Ему не понравился ее вопрос, но от облегчения, что она дала согласие, решил ответить. В последние дни он так часто об этом думал, что теперь осознавал мотивы брака с кристальной ясностью. Правда, первое условие опустил. После вчерашней интерлюдии не было необходимости в подтверждении. Только девственница могла ответить ему так… так… Он резко переключился на другую тему.

— Мне нужна жена, которая будет рожать наследников и станет хозяйкой дома. С соответствующими способностями и опытом управления большим хозяйством. Которая сумеет справиться и с официальным приемом, и большими семейными сборищами. — Не желая поддаваться искушению, Джейсон снова прислонился к оконной раме и скрестил руки на груди. — Мне не нужна легкомысленная мисс, которая больше интересуется собственными развлечениями, чем заботой о своих гостях. У вас же в этом смысле безупречная репутация.

Ленор склонила голову.

— И какого рода развлечения приняты у вас в аббатстве?

Джейсон перечислил, наблюдая за ее реакцией, затем дополнил, заметив, что она проявляет интерес. Особо выделив многолюдные семейные сборища, которые обычно устраивались на Рождество, а иногда еще и летом, он рассказал о своих загородных поместьях и приемах, которые устраивали в доме и на открытом воздухе, и перешел к детальному описанию аббатства: гостевые покои, приемные комнаты, штат прислуги. Как мог, отвечал на вопросы и в конце концов признал:

— Аббатство стоит без хозяйки уже более десяти лет. Думаю, вы увидите, что в вашем внимании нуждается очень многое.

Ленор посмотрела ему в глаза:

— И я смогу свободно управлять делами?

Ответом ей стала чарующая улыбка.

— Я предоставлю их вашим умелым ручкам целиком и полностью. Если пожелаете, можете воспользоваться помощью управляющего Хемминга и секретаря Комптона. Впрочем, это касается лишь домашнего хозяйства. Остальные деловые вопросы поместья остаются в моем ведении.

Ленор изящно склонила голову.

— Я и не собиралась вторгаться в эту область. Скажите, у вас организована какая-нибудь помощь рабочим и арендаторам и их семьям?

Джейсон покачал головой:

— Как я уже говорил, вы явно найдете, чем себя занять. Когда за подобными предприятиями некому присмотреть, их чаще всего откладывают.

— А вы бы поддержали подобные меры, если бы я сочла их оправданными?

— Если смогу их одобрить.

Ленор пристально изучила его лицо и решила, что подобная оговорка приемлема. Удовлетворенно кивнув, перешла на тему, с которой не ожидала подобного успеха:

— Вы рассчитываете, что я много времени буду проводить в Лондоне?

Джейсон сразу заметил ее стеснение, и не только в тоне. Он вспомнил разговор в садовом лабиринте. Да, она вовсе не жаждала наслаждаться лондонской жизнью. Это должно было только упрочить его триумф, однако, к вящему удивлению, он ответил:

— Как правило, весь сезон я провожу в городе. И «малый» сезон тоже. Мне бы не хотелось, чтобы вы оставались в Эверсли-Хаус без меня. Я бы предпочел, чтобы вы хотя бы попробовали пожить в столице, прежде чем полностью от этого отказаться. — Он заметил, что ее глаза затуманились, и поспешил добавить: — Впрочем, если вам все же не придутся по вкусу балы и приемы, я не стану возражать против вашей жизни в аббатстве, если вы при этом согласны приезжать в Лондон, когда мне потребуется ваше присутствие.