Все настолько реально, что трудно представить, будто это просто картинка. На самом деле мое тело сейчас недвижимо в удобном кресле, а обруч нейроинтерфейса скрупулезно считывает мельчайшие импульсы меж синапсов головного мозга, делая виртуальность подвластной моей воле. Все настолько тонко сбалансировано, что мышцы даже не сокращаются, когда я здесь прыгаю, скачу на коне, участвую в жесточайшей мясорубке.

«Нет, — подумал я мельком, — это не просто картинка. Это новое искусство!»

И мысли о рилайфе тут же пропали. Здесь же так интересно!

Я неуклюже вывернулся из гамака, босыми стопами ударил в грубый деревянный пол. По крайней мере, хоть часть слухов — истина. Ощущения действительно поразительные, реалистичность потрясающая! Каждый микрон прорисован идеально. Вот даже деревянные стены.

Я почти носом уткнулся в доски, разглядывая пыль меж текстур древесины! Никакого намека на фрактальную графику, ни сглаживания, ни квадратиков. Как настоящее!

Я поскреб пальцем, отколупнул крошечную щепку. Под ногтем осталась грязь, а щепка чувствительно острая. Да в таком мире жить можно!

Тут же появилась крамольная мысль найти женщину и опробовать виртуальные возможности с нею. Фантазия пошла раскручиваться, картинки возникали до того яркие, что я покраснел.

Пришлось на миг закрыть глаза. Открывшиеся возможности явно превысили все мои ожидания, кружат голову, заставляют сердце колотиться! Если не успокоюсь, то, как школьник, брошусь наружу, стану колесом ходить, буду отрываться на всю катушку. Могу и на стражу нарваться.

Не-э… ну их. Рисковать лишиться доступа к Утгарду не стоит. Теперь и представить не могу, что можно довольствоваться меньшим! Открытые серверы — по сравнению с Утгардом инвалиды.

Так, спокойно. Нужно оглядеться.

Каморка немногим больше платяного шкафа. Половину занимал провисший от стены до стены гамак. Оставшееся место отведено для сундука, обитого ржавыми железными полосами, и медного таза с водой. Склонившись над последним, я увидел свое отражение. Это молодой парень лет двадцати пяти, обычное лицо, в обрамлении копны ржаных волос, голубые глаза. В редакторе внешности я максимально приблизил игровой образ к реальному. На фиг всех этих шаблонных Конанов и варваров.

Одет персонаж просто, если не сказать — бедно. Холщовые штаны, льняная рубаха в заплатах, безрукавка из коричневой кожи. Даже башмаков нет, что удручает.

В отражении, левее от фигуры персонажа «Серый Лис», таблица характеристик. Как уже знаю: основные характеристики по нулям, дополнительных умений нет. Умывшись на всякий случай, я еще раз глянул на себя, но обновление не принесло ничего нового. Суггестор продал мне абсолютного новичка. Даже здоровья всего пятьдесят единиц, не говоря уже о том, что магических способностей и маны нет вообще.

Ну и ладно. Все фигня! Разберусь и прокачаюсь.

Так, теперь личный ящик.

Перед глазами возникло окошко, едва я коснулся навесного замка на сундуке. Предложили создать пароль. Тут же саркастично предупредили, что не могут гарантировать сохранности вещей в базовом аккаунте, что есть определенный процент потерь. Мол, гостиничные воришки не дремлют.

Хитрецы.

Перепрыгивая с верхнего регистра на нижний, меняя раскладку и вставляя непечатаемые символы, я придумал новый пароль. Повторив его, дал команду сохранить и открыть сундук.

— М-да…

Оказывается, теперь в моем пользовании тончайший слой пыли и скрючивший лапки дохлый паук в углу сундука. Они бы еще мышь в петле нарисовали…

С сожалением закрыв сундук, я снял с пояса кошель. Там тоже не так чтобы густо. Истратившись на смену ника и внешности, я лишился практически всех денег. На ладонь выпал тяжелый, с тисненым гордым профилем льва золотой. Один. Кажется, он здесь равняется десяти серебряным монетам, каждая из которых — это десять медяков.

Что ж, тоже неплохо. Только что зарегистрировавшимся новичкам дают всего два медяка, мотивируя выполнять квесты. Так что я почти богач.

Спрятав монету, я выпрямился. Дома, как говорится, хорошо, но надо и прогуляться. Вперед, Серый Лис, навстречу Судьбе!

И, довольный, как слон после купания, я толкнул входную дверь.

Дверь моей каморки со скрипом закрылась за спиной, я огляделся.

Затемненный коридор, в каком удобно прятаться заказному убийце, упирался одним концом в глухой тупик, другим — в лестницу. Вдоль короткого ряда одинаковых дверей дрожали огоньки на фитилях лампад. К запаху прогорклого жира примешивалась вонь какого-то прокисшего пойла, горелого лука и жареного мяса. Откуда-то снизу доносились далекие голоса.