Ехать самому на квартиру Беса не хотелось, впечатление от ее первого посещения было тягостным. От того полуподвала веяло могилой, и Лихоманов не спешил туда. Он искал другие возможности для встречи. Сначала Станислав Михайлович заехал в бар, в котором любил бывать Бес, но там его не было. Потом Лихоманов объехал все три свои станции технического обслуживания автомобилей и только чудом не столкнулся там лицом к лицу с Ечеиным и Перетокиным. Почувствовав, что под него милиция стала усиленно копать, он не решился посылать к Бекетову своего связника, а, превозмогая брезгливость, отправился к нему домой сам, снова путая свои следы в московской подземке.

Завидев у подъезда черный «Форд», Станислав Михайлович ни на минуту не сомневался, что застанет Беса дома. Но после нескольких серий длинных звонков в дверь квартиры Бекетова он пришел в состояние полной растерянности. «Неужели его взяли? И как я мог дать добро на вторичный угон?! Глупо, все очень глупо...» – думал Лихоманов, поднимаясь по ступенькам из полуподвала.

В подъезд вошла пожилая женщина в сером плаще, остановилась и перегородила Станиславу Михайловичу выход.

– Вы кем же моему соседу приходитесь? – полюбопытствовала она.

– Никем, – односложно ответил Лихоманов и попытался обойти тучную фигуру пожилой дамы, одетую по моде полувековой давности.

Но та и не подумала посторониться, а напротив продолжила свой допрос:

– А зачем тогда спускались сюда? К нему никто никогда не ходит...

– Я из военкомата, – сказал Станислав Михайлович и предпринял вторую попытку выйти из подъезда.

– Он служил в армии, да? – спросила дотошная старуха.

– Служил, а вам-то что?

– Я его со своей внучкой хочу познакомить, вышла бы за него замуж, жила бы рядом со мной...

Эти слова заставили Лихоманова улыбнуться. Улыбка расположила назойливую собеседницу к дальнейшим откровениям.

– Я сегодня встретила Сережу в магазине и завела разговор с ним...

– О внучке? – без всякого интереса поинтересовался Станислав Михайлович.

– Нет, сначала о растворителе. Но он так торопился...

– Он покупал растворитель? – уточнил Лихоманов.

– Да, наверное, ремонт собирается делать. Хозяйственный парень, такой тихий, скромный, машина у него иностранная, во дворе сейчас стоит. И внучка у меня хорошая, красивая, в институте учится.

– Знаете, бабуля, не надо сним внучку знакомить. Скажу вам по секрету, он контуженный, у него с головой не все в порядке.

– Да вы что? – удивилась бабушка. – Я бы никогда не подумала.

– Да, это так, – подтвердил Лихоманов, с трудом сдерживаясь, чтобы не рассмеяться.

Пожилая женщина опечалилась и, не говоря больше ни слова, стала подниматься на второй этаж. Лихоманов вышел на улицу, огляделся по сторонам и направился к остановке автобуса, следующего к Белорусскому вокзалу.

Услышав о растворителе, Станислав Михайлович сразу догадался, где надо искать Беса – на своей собственной даче в Жаворонках. Раньше именно там Бекетов Сергей варил какие-то зелья на основе растворителя. Заниматься этим в жилом доме в центре Москвы было, по словам Беса, невозможно, потому что варево сопровождалось ужасной вонью.

Прибыв в Жаворонки на электричке, Лихоманов удовлетворенно отметил, что сошел с поезда на этой станции один. Поэтому, не петляя, он направился прямиком к своему дачному домику, находящемуся в конце центральной улицы.

За заборами, низкими и высокими, цвели деревья. Станислав Михайлович подумал, что он уже несколько лет не ощущал прихода весны, жил вне времен года со страшной тайной в душе. Он остановился у цветущей черемухи и зачем-то оторвал пахучую веточку с маленькими белыми цветочками, поднес ее к носу, вдохнул в себя ее пьянящий аромат так, будто делает это последний раз в своей жизни. Затем он машинально сунул ветку в карман своего пиджака и пошел дальше.

Лихоманову показалось, что он на какое-то время забыл, зачем приехал сюда, но у ворот своей дачи он заметил свежие следы автомобильных шин и сразу пришел в себя. Обретенная реальность снова тяжелым грузом легла на его плечи, усиливая ненависть к Бесу, как виновнику всех его бед. «Козел! Ублюдок! Притащил угнанный джип ко мне! – мысленно негодовал Лихоманов. – Я убью его раньше, чем нужно, и своими руками!» В окне показалось лицо человека, к которому относились эти нелестные отзывы, потом оно исчезло, но вскоре открылась калитка, и Бес впустил Станислава Михайловича на свой дачный участок.

Легкий порыв ветра донес из приоткрытой двери запах, не совместимый с весенним пейзажем. Едва сдерживаясь, чтобы не выругаться, Лихоманов поднимался на порог своего дачного дома. Уже заходя в дверь, он заметил, что в соседском палисаднике стоит машина. «Ну вот и свидетели нашей встречи есть», – удрученно подумал он. Оказавшись на кухне, Лихоманов сразу закашлялся.

– Я сейчас все объясню, – суетливо говорил Бекетов. – Я столько затратил энергии! Я должен был восстановить свои силы. Дома я не мог бы приготовить такой состав, соседи сразу бы заявили на меня...