— Сарэк! — Сорел едва не ударил кулаком по столу от негодования, чего никакой другой вулканец на его месте, конечно, себе не позволил бы. — Если бы я знал, что ты выберешь именно это наказание, я бы вообще прошёл мимо этой драки!

— Ты поступил абсолютно правильно, друг мой. Драки на Вулкане — явление ненормальное, во-первых; нелогичное, во-вторых. И потом… я же прекрасно знаю, что такое земная кровь, Сорел. Помнишь тот день, когда Спок пошёл в школу? Ведь это он затеял тогда драку. Он, кстати, и не думал этого скрывать… так что я ждал чего-то в этом роде, если подумать.

— Но Лея — не Спок, — тихо сказал Сорел и, не прощаясь, вышел из кабинета Сарэка.

Он прекрасно помнил, как Спок не любил этот заброшенный чердак, который здесь все называли «верхней комнатой», более того, он его даже побаивался, а в раннем детстве вполне серьёзно подозревал, что там водятся приведения. В любом случае, раздосадованный Сарэк отправил его в эту самую комнату на целые сутки как раз после той приснопамятной драки, когда мелкие националисты из его класса поставили мальчика своими издёвками в такое положение, когда оставался лишь один-единственный выход, хотя и самый неподобающий, по вулканским стандартам. Вот Спок его и применил… Он, конечно, достойно перенёс своё наказание, даже можно сказать, с какой-то скромной гордостью, хотя и вышел из заключения бледный, словно потолок в кухне Аманды. Что-то подсказывало Сорелу, что в случае с Леей дело лёгкой бледностью не обойдётся…

— Пока, — Лея хмуро попрощалась с Эван и, пригнувшись, вошла в комнату.

— Это же просто склеп какой-то! — ужаснулась Эван.

— Да-а-а, — Лея села на каменную плиту. — Низкие потолки, одно маленькое окно… всё рассчитано на то, чтобы тебя заела клаустрофобия. Ерунда, я справлюсь.

— А начиналось всё так хорошо… — вздохнула Эван.

— Как и вся наша жизнь, — пожала плечами Лея. — Что ж, Вулкан показывает нам свои когти, только и всего. Ладно, иди вниз, а то и тебе влетит.

— Ну, я им устрою сегодня!!!

— Ещё чего! — испугалась Лея. — Хватит с них и меня. Пусть хоть ты будешь создавать впечатление последней надежды на то, что нас пока ещё не пора гнать с Вулкана поганой метлой.

Тихо скрипнула дверь, и в комнату, согнувшись в три погибели, вошёл Сорел.

— М-да, — в тусклом свете маленькой свечи, стоящей в каменной нише стены, он оглядел физиономию Леи — кровь из носа уже не шла, но ей явно не помешало бы умыться. — Возьми, — он протянул ей чистый носовой платок.

Та даже не пошевелилась, мрачно сверкнув глазами из-под спутанной чёлки.

Сорел положил платок на пол и вышел из комнаты. Его начинало слегка беспокоить совершенно нелогичное чувство вины. Как она тогда сказала? Никогда не начинай драку первым, но всегда доводи её до конца?.. Неужели он совершил ошибку? Но то, что она устроила, и впрямь недопустимо и, поступая таким образом, он действовал только во благо ей самой. Сомневаюсь только, что она это оценит, отметил в глубине его души кто-то, настроенный крайне иронично. Кто-то, очень похожий на человека. В последние тридцать-сорок лет этот кто-то заявлял о себе всё чаще и чаще и это, чёрт возьми, начинало беспокоить.

— Держись, — Эван сжала плечо Леи и выскочила вслед за вулканцем. — Сорел! — она догнала его уже на улице. — Сорел, выслушайте меня, пожалуйста…

Лея так и не притронулась к платку Сорела, вытирая кровь с лица рукавом собственной рубашки. Она легла на плиту и свернулась в клубок, размышляя о несправедливости Вселенной. Собственно, она не делала ничего нового — подобные мысли составляли основополагающую канву её размышлений ещё на старушке Земле. Наверное, Сарэк откажется от неё. Ну и правильно. Таким, как она, нигде нет места, так уж повелось. Она окажется в реабилитационном центре; что ж, если верить газетам, тоже не самое плохое место, и при поступлении в высшие учебные заведения льготы дают… Вот только как она будет жить без своих друзей? Без Эван, Аманды, Рэйва и Сэлва? Одна радость — Сорела там тоже не будет.

Лея посмотрела в крохотное круглое окно в стене, сквозь которое на каменный пол проливался красноватый свет Т'Хут, входящей в полную фазу. По её спине пробежал холодок. Если она чего и боялась на Вулкане, то именно этой странной, занимающей полнеба кровавой луны.

Впрочем, обычно она в это время уже спит без задних ног, да и деревья в саду скрывают от глаз это кошмарное зрелище; но здесь, под самой крышей, ей было очень неуютно и одиноко. Словно дурной сон, подумала она, натягивая на голову полу куртки. Рано или поздно он всё равно закончится…

— А-у-у-у-у!..

— Я с ума сойду, — тихо пробормотал Сарэк.

— Ва-а-а-а-а-у!!!

— Аманда, уйми как-нибудь это животное! — взмолился Сарэк, глядя на жену.

Аманда вернулась из города полтора часа назад. Узнав о случившемся, она пришла в неописуемую ярость, которую, впрочем, никак внешне не продемонстрировала. Только вот теперь она наотрез отказывалась с ним общаться. Даже в сознании блок поставила. Очень приятно, дорогая… Умеешь быть вредной, кто бы и спорил.