— Опа! А в общевойсковом, стало быть, уже и не люди? — нахмурился ромуланец.

— Я вовсе не это хотел сказать! — вспыхнул Айл.

— Знаешь, учиться в элитном учебном заведении и быть элитой — это совсем не одно и то же, — продолжал гнуть свою линию Н'Кай, — а уж где ты в конечном итоге со своим образованием окажешься — на «Энтерпрайзе» или на линии фронта, вообще никому неизвестно. Лучше уж быть готовым ко всему. Не находишь?

— Слушай Тарда, юный, — зловещим голосом произнёс Иван. — Будущее он видит, да.

— Да чтоб вас всех! — в сердцах воскликнул Айл. — Неужели я похож на человека, который станет выезжать в чём-то за чужой счёт?! Просто… у меня не было возможности научиться. Правда не было. Так уж вышло.

— А вот с этого места прошу, пожалуйста, поподробнее, — заметно оживился Иван. — Всю жизнь мечтал встретить человека, у которого не было возможности научиться чистить картошку!

— Тебе не понравится то, что ты услышишь, — грустно ответил малурианец.

— А вдруг?

— Вань, ты никогда не задумывался над тем, почему Эван и Лея ничего не рассказывают о своей семье?

— Задумывался, — хмыкнул Серёгин. — Но на Вулкане с этим очень сложно. Они могут быть воспитаны кланом, но не усыновлены никем конкретно; могут быть выпускниками одного из федеральных приютов, такого, знаешь, куда помещают непризнанных полукровок, с которыми никто не хочет иметь дела; а могут быть и приёмными детьми настолько известной личности, что об этом и говорить-то неудобно — вон, хоть посла Сарэка. Мне бы тоже было неловко…

Н'Кай икнул и уронил картофелину в ведро. Франсуаза заботливо похлопала его по спине и вручила следующую.

— Верно, — усмехнулся Айл. — Но, видишь ли, вулканская вертикаль власти просто не предусматривает настолько высокого поста, чтобы дети занимающего его лица не имели возможности научиться чистить картошку. А даже если и так — их всё равно учат выживанию…

Малурианец замолчал, сосредоточенно срезая с картошки слишком толстую кожуру. Ваня всё так же внимательно слушал, продолжая заниматься своим делом, и лишь один только Н'Кай внезапно опустил руки.

— Ну и насколько она высока… эта твоя вертикаль? — негромко поинтересовался он.

— Высока, — ещё тише ответил Айл. — Очень высока. Выше не бывает.

— В каком смысле? — поднял голову Иван.

— В прямом, — вздохнул Айл. — Я — прямой наследник малурианской правящей династии Раа-Кан…Командиру не говорите, ладно? И Тире…

— Ты думаешь, командир разрешит нам пить? — Эван с сомнением посмотрела на бутылку белого сухого, которую Тира аккуратно уложила на дно рюкзака. — И, кстати, где ты это взяла?

— Франсуаза дала, — фыркнула Тира. — Нет, правда! Так прямо и сказала — «поскольку я совершенно точно знаю, что вы, черти, всё равно найдёте способ напиться, пусть уж лучше это будет хорошее домашнее вино из моего подвала, чем неизвестная гадость, которую вы купите в ближайшем супермаркете».

— Странная логика, — хмыкнула Алекс. — А, впрочем, дело ваше. Я всё равно пить не буду.

— Почему?

— Потому что.

— Ну да, конечно, — усмехнулась Эван. — Пьяный телепат — это не только принудительное сканирование всех присутствующих в эпицентре действия, но и три-четыре разрушенных деревни в прилегающем районе…

— О нет, для этого надо быть хотя бы телекинетиком, так что все претензии — если разрушенные деревни действительно будут иметь место — к Лее, пожалуйста, — пожала плечами Алекс. — Что же до меня, то я не пью не потому что что-то, а вообще и в частности. Ясно?

— А то, — Тира застегнула рюкзак. — Да-а. В одном ты определённо права — Лея у нас пьёт редко, но метко — примерно как легендарная жена легендарного Арчера…

— Во-во, — хмыкнула Алекс. — И после этого вы ещё спрашиваете, почему я не пью!

— Эх ты, прямой наследник, голова твоя… некоронованая! — с возмущением произнёс Иван. — Нашёл, что скрывать! Ты что, забыл, что у командира жена — наследная принцесса Криос-Прайм?

— Я думал… — покраснел Айл. — Я и правда забыл. Ну ладно, командир, может, и поймёт. А девчонкам всё равно ничего не говорите, ладно? Особенно Тире.

— Ерундой занимаешься, — хмыкнул Н'Кай. — Готов спорить на всё, что угодно, что родословная у наших девочек прямо-таки сверхглючная. В том числе и у Тиры. Так что зря ты всё это, Айл. Не стоит оно того, поверь.

— А как же та история с мамой пиратом? — перебил его Иван. — Или ты и это придумал?

— Ты будешь смеяться, но про маму как раз чистая правда, — улыбнулся Айл. — И медальон она мне действительно подарила, когда улетела с Малурии пятнадцать лет назад — исключительно потому, что терпеть не могла родителей моего отца, и, надо сказать, не без взаимности. А с отцом они регулярно встречаются. По-моему, вполне романтично. И, кстати, насчёт Звёздной Академии — это была её идея.