— Увидимся в ресторане. — Сэм перешел на другую сторону улицы и, помахав рукой, направился к своей машине.

Сьюзен заняла свое место на сиденье и быстро пристегнулась.

— Так-так. У меня такое предчувствие, что мы сегодня еще не раз увидимся с моим братцем.

Она покосилась на Энни и заулыбалась.

Энни скорее с облегчением, чем с разочарованием, подумала, что Сэм изменил свое решение, когда его машина не последовала за ними. Его флирт, вызванный, наверное, желанием повысить ее самооценку, был вполне безобидным, но приводил Энни в смущение.

Когда ей было пятнадцать лет, Сэмюэль Джеймс Картер казался ей бунтарем, правонарушителем и романтическим героем. Она тогда представляла себя героиней женских романов, чья любовь и невинность способны растопить сердце надменного и циничного героя.

Но она подросла и за последние три года узнала, насколько разрушительным и болезненным оказалось бунтарство Сэма для всей его семьи. Сейчас они подшучивают над этим, но она помнит, как злилась Сьюзи и как плакала миссис Картер. Он опустился на самое дно и чуть не сломал себе жизнь, прежде чем встал на путь истинный. Сэм был для Энни темной лошадкой, а она совсем не умела обращаться с такими людьми.

— Он, должно быть, дал хорошие чаевые Хэлу, — проплывая мимо, шепнула Сьюзен.

— Прости, ты о ком?

— О Сэме. Он занял один из столиков, которые обслуживаешь ты.

Энни, подхватив несколько тарелок с едой, принесла их клиентам, потом спросила, не желают ли они чего-либо еще. Только потом она взглянула на Сэма, который занял небольшой столик в углу, откуда он мог следить за всем, что происходит в зале. Официантка из бара только что отошла от его столика, а несколько сидящих неподалеку молодых женщин украдкой посматривали на него. Он, казалось, даже не замечал их любопытных взглядов. Все свое внимание он сосредоточил на Энни и смотрел на нее с плутоватой и вызывающей улыбкой.

Она прошла мимо.

— Через минуту я подойду к вам, сэр.

— Я никуда не спешу, мэ-э-м.

Она обслужила еще несколько столиков, затем наполнила кофейник и только после этого подошла к нему.

— Вы уже решили, что будете заказывать, сэр? Или вам дать время на раздумье?

— Уже решил. — Глаза его искрились в предвкушении веселой игры. Энни достала из кармана короткого черного фартучка блокнот в кожаном переплете и открыла его, приготовившись записывать заказ.

— Что вы можете мне предложить? — Он с некоторой ленцой откинулся на спинку стула и наблюдал за ней.

Названия всех шести дежурных блюд он мог прочитать при входе в ресторан. Они были написаны мелом на специальной дощечке. Однако всем официанткам вменялось в обязанность уметь рассказать о каждом из них. И Энни произнесла свой монолог, включив в него все эпитеты, придуманные менеджером ресторана. При этом она прекрасно понимала, что находится под пристальным взглядом забавлявшегося Сэма.

Он довольно ухмыльнулся:

— Звучит очень заманчиво.

— Что будете заказывать? — спросила она таким тоном, будто перед ней сидел совершенно незнакомый человек, которого она впервые увидела в ресторане.

— Мясо кролика с двадцатью зубчиками чеснока.

— Хороший выбор, — заметила она, записывая заказ. — Суп или салат будете?

— А какой суп?

— Чесночный.

— Салат деревенский. И побольше перца.

— Я принесу хлеба.

— Перво-наперво побольше воды, пожалуйста.

Она хмыкнула, почти с радостью захлопнула блокнот и положила его обратно в карман.

Пятница всегда была суетливым днем. Энни обслуживала восемь столиков, и ей приходилось двигаться довольно быстро, чтобы успеть подойти к каждому столику, выслушать клиентов и выполнить их заказ. Не успевал один столик освободиться и принять опрятный вид, как за него уже усаживались новые посетители. За два часа она зарабатывала столько чаевых, что на эти деньги могла купить себе продуктов на целую неделю.

Сэм все еще сидел в ресторане.

В третий раз наполнив его стакан водой, Энни посмотрела на стоявшую перед ним тарелку.

— Вы не любите кроличье мясо с чесноком?

Он сделал недовольную мину:

— Скажем так, не думаю, что в ближайшем будущем мне предстоит иметь дело с вампирами. А чесночный запах будет исходить из каждой поры моего тела всю следующую неделю.

Энни чуть не рассмеялась.

— Вы ведь не хотите болеть.

— Не хочу, но в данный момент я могу простудиться от вашего холодного тона. — Брови его поползли вверх в немом насмешливом ожидании ответа.