– Ну, не знаю… Мастер Пути привёл нас к этому Бесу. Отсюда и вывод. Очень трудно, знаешь ли, поверить в такое совпадение. Я, значит, лечу за ним, как привязанная, гоню его на Германа, вхожу в контакт, всё идёт как по учебнику, вот-вот конец операции… И вдруг – бац! Он ни с того ни с сего сворачивает в эти проклятые гаражи и останавливается. И тут же, откуда ни возьмись – Бес с фламбергом!

– Да, вот это действительно странно. С фламбергом… Хм… Сейчас не семнадцатый век, нечасто встретишь на улице смерда с фламбергом. Да и не только смерда, пожалуй… Занимательный Бес. Надо бы отловить его да исследовать.

– Есть ещё вариант…

– Слушаю?

– Фламберг… Может, всё дело в мече? То есть этот смерд вовсе не Бес, а вот меч у него…

– Артефакт?

– Да!

– Слушай, тебе уже двадцать один год…

– Ты же не будешь отрицать, что в мире существуют реликвии и артефакты? Некоторые из них, кстати, есть в наших хранилищах.

– Это всего лишь хорошо инкрустированные железяки. Дитя моё, их «артефактность» сугубо историческая и зависит только от того, насколько знаменит был их хозяин.

– Я всё это прекрасно знаю. Просто предложила как версию…

– Не нужна нам такая версия. В мире нет заколдованных мечей, это не более чем сказка. Хм… Если бы они существовали, один из них наверняка был бы у нас.

– Значит, версия одна: это Бес.

– Да пусть будет Бес, это мало что меняет. Просто теперь эмпатов нужно будет усиливать бойцами, не более того. Кстати… У этого твоего Беса, что – и к пулям иммунитет?

– Н-н-н…

– Как прикажешь толковать твоё мычание? «Не знаю», «не поняла», «не успела проверить»?

– Не успела…

– Ага… А чего глазки прячем? Чувство вины покоя не даёт?

– Я в самом деле виновна в гибели своих людей. Я… Я готова понести наказание…

– Да разумеется понесёшь, куда ты денешься. Так… Угу… Угу… Ну, я всё это вижу таким образом… Давим на репродукцию: ноль эффект… Приходим в ярость по факту неуспеха, бьём наотмашь…

– Ноль эффект. Всё верно…

– Нет, не ноль. Кстати, и по репродукции тоже не совсем ноль. Бесам вполне присуща эмпатия. То есть, при давлении на репродукцию ты в его восприятии стала намного привлекательнее. Можно было это использовать и попробовать решить всё миром. А вот «бить» его не стоило.

– Да, это я уже потом поняла. Он отразил…

– Нет-нет, не так. Бесы не отражают атаку. У них нет «ментального экрана», как наивно полагали многие наши сородичи, павшие от рук этих существ.

– Они поглощают энергию атаки?

– Совершенно верно. Ударив его, ты запускаешь сложный механизм гипермобилизации организма. Ударив вторично, ты педалируешь этот механизм, даёшь ему новый импульс. Проще говоря, Бес на короткое время становится лютым берсеркером. Быстрым. Яростным. Могучим. Неистовым. И абсолютно бесстрашным.

– Но не бессмертным?

– Разумеется, нет. Он человек, и его можно убить. Хм… Можно и нужно. Но! Если он в состоянии «ража», ты можешь изрешетить его пулями и не добьёшься результата. Разумеется, через минуту-другую он умрёт… Но эту минуту он будет продолжать неистово крушить врагов, и вполне может быть так, что положит всю твою команду.

– А если, допустим, отрубить руку…

– Умница моя, правильно мыслишь. Если надо быстро нейтрализовать Беса в состоянии «ража», пока он не натворил бед, нужно бить по «функциональным узлам». Перебить ноги, чтобы тело не держали. Отрубить руки. Заряд рубленой картечи в сердце хорошо лечит от давления. Когда в груди дыра величиной с кулак, а сердце размазано по стенке, в организме стремительно падает давление, и Бес слабеет за считаные секунды. Это, кстати, эффективнее, чем из того же дробовика снести голову. Без головы тело будет работать по заданной программе несколько дольше, чем без сердца.

– Почему результатов этих исследований нет в общедоступном разделе нашей Базы?

– Потому что последнего Беса убили пятнадцать лет назад. И после этого не было ни одного упоминания о существовании Бесов вообще. Мы полагали, что этот вопрос закрыт.

– Вот видишь как! Если бы я знала всё это…

– Очень хорошо, что ты не знала этого. Видишь ли, дитя моё, ты прекрасный пси-оператор, но… никакой боец.

– Я бы поспорила! Я многому научилась у Германа…

– Многому? Это очень необъективная оценка. Не стоит сравнивать себя с Германом и его бойцовыми псами. У тебя нет даже десятой доли их навыков. Конечно, есть небольшая вероятность, что ты одной очередью откромсала бы Бесу обе ноги или вынесла бы сердце. Хм… Но очень небольшая. А скорее всего, это был бы первый и последний опыт такого рода в твоей жизни. Так что я очень рад, что ты поддалась панике и удрала от этого неожиданного Беса. Это ведь была паника, верно?

– Н-н-н…

– Да ладно, не мычи: мы одни, и нас никто не слышит.

– Это была паника. Я… Я хотела поговорить с тобой об этом. Это было впервые в жизни… И ты себе представить не можешь, насколько это ужасно.

– Ну почему же, очень даже могу.

– У тебя была паника?!

– Хм… Нет ли у меня рогов и хвоста? В моих глазах не отражаются врата Обливиона? Не веет ли серой из моей лохматой задницы?

– Папа!

– Дитя моё, я человек. Ничто человеческое мне не чуждо. Да, у меня бывали панические атаки, особенно по молодости. Это нормально, и не нужно этого стыдиться.