Шрифт:
Так что кто его знает… Может быть, всеобщая Аннигиляция, прописанная в Протоколе Ордена как возможный исход Человечества, – это вовсе не Страшная Кара, а просто объективная оценка деяний человеческих…
Прервав скорбную нить размышлений, Лиза стряхнула оцепенение, поднялась со скамьи и подошла к установленному в аркосолии саркофагу матери.
В саркофаге, свернувшись калачиком, лежала Алёнка.
Обхватив плечи руками и крепко зажмурившись, девочка дрожала, подёргивала ногами и будто бы в лихорадочном бреду шептала: «Нет… нет… пожалуйста! Я хорошая… просто так получилось…»
Некрополь очень хорошо вытягивает энергию.
После посещения крипты Лиза всегда испытывает умиротворение и покой. Непонятно, почему ребёнок до сих пор сохранил кризисную реактивность, хотя сидит здесь уже более двух часов.
Изоляция в Некрополе – это не только жестокая традиция, но и суровая необходимость. Если говорить попросту, Некрополь – это универсальная энергетическая «пиявка», досуха никогда не высосет, возьмёт ровно столько, сколько нужно.
Впервые ребёнок Элиты начинает постигать таинство психотехник в пятилетнем возрасте, и это вовсе не извращённая прихоть иерархов Дома, а сложившаяся веками практика, построенная на точном расчёте.
Именно в этот период, с пяти до десяти лет, формируется будущий мастер пси-воздействия. Если промедлить год-другой и начать обучение, допустим, с семи лет, можно не успеть: взросление пагубно влияет на скорость и качество усвоения учебного материала.
Германа, например, начали обучать в семь лет. Результат всем известен: лучший воин Дома – редкостный болван по части психотехник.
При тренировках пси-оператор тратит колоссальное количество энергии, которая довольно медленно восстанавливается естественным путём. Есть техники, позволяющие восстановить энергию очень быстро, но, за исключением безопасного энергообмена между кровными родственниками, эти методы по ряду причин не подходят для систематического применения.
Так вот, в детстве регенерация энергии происходит намного быстрее, чем в зрелом возрасте, и со значительным избытком. Организм ребёнка быстро приспосабливается к режиму тренировок и при восстановлении создаёт «подушку безопасности», солидный запас на экстренный случай. В результате зачастую случается так: ребёнок ещё не восстановился физически и не в состоянии тренироваться (то есть тратить энергетический запас), а уровень энергии у него уже раза в полтора, а то и в два превышает норму.
И вот этот не выспавшийся, уставший и злой ребёнок, который буквально искрит и едва ли не взрывается от переполняющего его запаса энергии, становится опасен для близких, поскольку в любой момент может впасть в буйство.
По терминологии Дома это называется «Ментальный Криз».
В детстве Лиза неоднократно испытывала такое состояние, но ей было проще. У Лизы была мать, которая чутко реагировала на малейшие проблемы ребёнка и вовремя принимала меры.
Алёнке в этом плане значительно сложнее. Когда она приступила к тренировкам, матери уже не было. И вроде бы такая толпа родственников рядом, но… Все по уши заняты войной с Орденом и поисками знаний прошлых Цивилизаций, до мелких личных трагедий отдельно взятого ребёнка никому нет дела.
Неудивительно, что она удрала в первую же Паузу.
Кстати, надо будет исследовать влияние Пауз на детскую психику. Судя по случаю с Алёнкой, тут Ментальный Криз явно дополнен чем-то большим…
– Алё-Алё!
– Нет-нет… – продолжала бормотать Алёнка, словно бы в сонном бреду. – Пожалуйста… Я не виновата…
– Алё-о! Где там мой могучий эмпат? Хватит прикидываться, выныривай побыстрее!
– Я не хотела… Я не нарочно…
– Алёнушка, девочка моя, выныривай быстрей, не пугай меня!
– Мама! – Алёнка вдруг широко открыла глаза, вскочила, бросилась к Лизе и повисла у неё на шее. – Мамочка!!!
– Нет, солнышко, это всего лишь я.
– Лиза… – В голосе ребёнка явственно прозвучало разочарование. – А мне показалось…
Тут она крепко прижалась к Лизе и заплакала навзрыд, вздрагивая всем телом.
– Всё хорошо, – Лиза горестно вздохнула, поцеловала сестрёнку в макушку и принялась баюкать её, как грудного ребёнка. – Я с тобой. Всё хорошо.
– Нет, не хорошо! – рыдая, крикнула Алёнка. – Они ругают меня! Они злые! Говорят, что я плохая! Что нельзя убегать из Дома! Что от меня не будет никакого толку!
Ну вот, час от часу не легче.
В Некрополе стоит мёртвая тишина.
Это не метафора. Здесь нигде не капает вода, отсутствует движение воздуха и нет ни единого насекомого.
Это во всех смыслах царство мёртвых.
И тишина здесь такая же – мёртвая.
Если человек находится здесь в одиночестве, его восприятие, лишённое привычного шумового фона Поверхности, начинает активно генерировать слуховые галлюцинации. Человек слышит шаги, странные голоса, журчание ручьёв и множество иных звуков, которых на самом деле здесь нет.