Неожиданно у нее за спиной послышался хруст веток, и она услышала рычание.

Элли проснулась от собственного сдавленного крика, села на постели прямо и, прижав к груди одеяло, обвела испуганным взглядом темную комнату. Какое-то мгновение она не понимала, где находится. Комната казалась ей незнакомой, да и мебель была расставлена по-другому. Но потом все вспомнила.

– Киммерия, – пробормотала она, вновь укладываясь в постель. – Я в Киммерии. – Она закрыла глаза. – А значит, в безопасности.

Быстро проглотив завтрак и извинившись перед Джу, Элли выскочила из столовой и двинулась в направлении библиотеки в надежде найти там Рейчел. Она просто обязана помириться с ней. Ссора с подругой еще до начала учебного семестра совершенно не входила в ее планы.

В помещении библиотеки маляры с лязгом устанавливали раздвижные металлические лестницы; валявшиеся на полу длинные толстые палки с малярными валиками на концах напоминали срубленные стволы молодых деревьев. По углам стояли большие канистры с красками, наполнявшие воздух резким запахом.

Проскользнув мимо рабочих, Элли устремилась в находившуюся в дальнем конце помещения длинную комнату, где находился длинный металлический стол, за которым Элоиза и Рейчел сортировали пострадавшие от пожара книги и раскладывали их по картонным ящикам, предварительно обернув шуршащей папиросной бумагой. Они обращались с толстенными, в кожаных переплетах томами с такой нежностью, как если бы упаковывали хрупкие и изящные хрустальные вазы.

Прижав по привычке дужку очков пальцем к носу, Элоиза вопросительно на нее посмотрела.

– Можно мне пару минут поговорить с Рейчел? – спросила Элли.

Элоиза некоторое время переводила взгляд с Элли на Рейчел и обратно. Рейчел старалась не смотреть на подругу, и библиотекарша поняла, что между девочками пробежала черная кошка. Наградив Элли сочувственным взглядом, Элоиза выдвинула на середину стола один из упакованных ящиков.

– Отнесите-ка его в автобус. Для одной ящик тяжеловат, а для двоих будет в самый раз.

Элли и Рейчел, подхватив ящик с разных сторон, двинулись к задней двери. На улице рядом с выходом стоял белый микроавтобус. Водитель разговаривал по сотовому и не обратил на девушек никакого внимания.

Влажный утренний воздух оставлял на коже и волосах мельчайшие капельки. Утро выдалось серенькое и тихое, его тишину нарушали только хруст гравия под ногами девушек да монотонный голос шофера. Девушки не без усилия подняли ящик и погрузили его в машину.

– Прости, Рейч, – неожиданно сказала Элли. – Я была слишком занята собой и собственными чувствами. Нехорошо было забыть о твоих.

На лице Рейчел отразилось облегчение, и она быстро заговорила:

– И ты прости. Ты должна делать то, что хорошо для тебя. Не можешь же ты стать мной!

– Просто… – Элли прочертила носком туфли бороздку в гравии. – Просто мне придется так поступить, Рейч. И отнюдь не потому, что я верю тем, кто всячески превозносит Ночную школу. Так надо – вот все, что я могу сказать тебе по этому поводу. А между «надо» и «хочу» – большая разница. Но как бы то ни было, я должна наконец научиться защищать себя. Кроме того, там я узнаю больше о своей семье. И самое главное, там я, возможно, узнаю правду о судьбе Кристофера. Есть люди, которые что-то знают о нем, но сообщать мне не считают нужным.

– Мне бы хотелось, чтобы существовал другой путь узнать все это… Ради твоего же блага, Элли. Поскольку, оказавшись внутри системы, ты получишь и другие знания, Возможно, опасные для того, кто ими владеет. Они могут изменить тебя…

Элли из-под густых ресниц бросила взгляд на водителя. Он продолжал болтать по телефону и, казалось, никого и ничего вокруг себя не замечал.

Рейчел перехватила ее взгляд и кивком указала на дверь библиотеки, намекая, что им пора возвращаться.

Когда они снова вошли в здание, Рейчел решила переменить тему и спросила:

– Сегодня ты опять будешь работать с Джу?

Элли кивнула.

– Нас записали в бригаду маляров. Теперь мы будем махать кистями и валиками, а я, да будет тебе известно, очень серьезно отношусь к живописи.

Рейчел фыркнула, но выражение ее лица продолжало оставаться серьезным.

– Как думаешь, в каком она сейчас состоянии?

Элли вспомнился смех Джу, когда они отскребали закопченные стены.

– Куда лучше, чем мне казалось. Временами просто искрится от веселья, и мне даже кажется, что она почти не отличается от той, какой она была до всех этих событий.