Он часто выходил из дому, и наконец ему даже удалось найти работу в одной из многочисленных кузниц Глубоководья.

В тот день, когда отчаливала «Морская фея», он вышел на работу.

Он стоял у горна, когда в кузницу вошел неожиданный посетитель.

— Ты, как я вижу, нашел применение своим могучим рукам, — проговорил, входя, Робийард.

Вульфгар в замешательстве глядел на него, сначала удивленно, потом подозрительно. Он покрепче сжал рукоять большого молота, готовый сразу бросить его в лицо чародею, если тот начнет какое-нибудь заклинание. Ведь «Морская фея» уже давно должна быть в открытом море, Робийарда же хорошо знал портовый сброд и пираты, так что кто-нибудь мог принять его образ, воспользовавшись магией. Варвар не хотел испытывать судьбу, зная, как произошло нападение на дом капитана.

— Это я, Вульфгар, — со смешком промолвил Робийард, ясно поняв по лицу великана, о чем тот думает. — Я присоединюсь к команде через пару дней — это безделица, очень простое заклинание, я все приготовил.

— По-моему, ты так никогда не делал, — настороженно проговорил Вульфгар, еще крепче сжав молот.

— Мне никогда не приходилось быть нянькой потерянного варвара, — парировал чародей.

— Эй, ты! — раздался грубый голос, и в кузню вошел толстый, черный от копоти мужик. — Тебе что, купить что-то надо или починить?

— Мне надо поговорить с Вульфгаром, и все, — довольно резко ответил Робийард.

Кузнец сплюнул под ноги и вытер рот грязной тряпицей.

— Я ему не за болтовню плачу, — заявил он, — а за работу!

— Ну-ну, — только и сказал Робийард и снова повернулся к варвару.

Кузнец, не намеренный уступать, подскочил к нему, тыча пальцем.

Чародей с утомленным видом поглядел на Вульфгара, и тот понял, что если сейчас не успокоить хозяина, то дела придется вести одному. Он осторожно похлопал кузнеца по плечу, и тот без возражений дал увести себя в сторону, потому что даже в этом прикосновении было столько силы, что здоровяку в голову не пришло сопротивляться.

Когда Вульфгар повернулся к Робийарду, лицо его было перекошено от злости.

— Чего тебе надо, чародей? — рявкнул он. — Пришел подразнить меня? Рассказать, как хорошо без меня на борту?

— Гм-гм. — Робийард задумчиво поскреб подбородок. — Пожалуй, так оно и есть.

Небесно-голубые глаза Вульфгара превратились в две колючие льдинки.

— Но нет, мой большой, недалекий… впрочем, не важно, — проговорил маг. Похоже, его нимало не волновал грозный вид великана. — Я здесь потому, что у меня, так сказать, очень чувствительное сердце.

— Как ловко ты это скрывал.

— Не без причины, мой друг, — не моргнув глазом ответил Робийард. — Так скажи мне, ты что, собираешься всю зиму провести в доме Дюдермонта, работая… здесь? — спросил он, презрительно скривив губы.

— А ты бы предпочел, чтобы я убрался из дома капитана? — вспылил Вульфгар. — Или у тебя само го виды на этот дом? Если да, то я с радостью не медленно съеду.

— Успокойся, ты, свирепый гигант, — снисходительно промолвил Робийард. — Я не претендую на дом, потому что, как уже сказано, я должен скоро быть на «Морской фее», а семьи у меня нет. Надо быть внимательнее.

— Значит, ты попросту хочешь меня выставить, — заключил Вульфгар. — Убрать меня из дома и с глаз Дюдермонта.

— Это разные вещи, — сухо отозвался Робийард. — Я сказал, что хочу тебя выставить, или спросил, собираешься ли ты остаться?

Утомившись словесной перепалкой и присутствием Робийарда вообще, Вульфгар досадливо крякнул и снова принялся за работу, ожесточенно бухая мо лотом по железу.

— Капитан мне сказал, что я могу оставаться, — буркнул он. — И я хочу остаться, пока не заработаю достаточно денег, чтобы купить собственное жилье. Я мог бы съехать сейчас — не люблю быть обязанным кому бы то ни было, — но у меня на руках Делли и Кэлси.

— Вот нашел себе прикрытие, — очень тихо, но все же так, чтобы варвар услышал, пробормотал маг, а погроме произнес: — Что ж, прекрасное решение. И ты будешь этим заниматься, пока твои прежние друзья терпят все тяготы пути и рискуют жизнью, пытаясь достать твой волшебный молот. Великолепно, мой юный друг!

Вульфгар распрямился, выпустил из рук свое орудие и открыл рот от изумления.

— Ведь я прав, не так ли? — невозмутимо осведомился чародей.

Вульфгар хотел ответить, но не нашел, что возразить на столь прямое и откровенное заявление. Но как он ни пытался бы выставить себя в лучшем свете, Робийард прав.

— Я не могу изменить то, что уже произошло, — подавленно сказал варвар и нагнулся за инструментом.

— Но можно попытаться исправить зло, вызванное твоими ошибками, — возразил Робийард. — Кто ты, Вульфгар из Долины Ледяного Ветра? И главное, кем ты хочешь быть?

Ни в резком тоне, ни в хищной позе Робийарда не было и намека на дружелюбие, он скрестил руки на груди с видом абсолютного превосходства. Однако варвара поражало, что чародей вообще проявляет интерес к его судьбе. Правда, он думал, что единственной заботой мага было держать его как можно дальше от корабля.