Когда Канлифф ушел, друзья обсудили свое малоприятное положение, и Ричард подвел итог:

— Он не учитывает, что против нас борются оккультные силы. Уборщица наверняка находилась под гипнозом, и допрашивать ее бесполезно. То же случится и с Мак-Тэвишем. Да и Пинни с ее сомнениями может стать легкой добычей сатанистов. Я не удивлюсь, если на суде она сознается, что лгала.

— Точно. Как жаль, что с нами нет Сероглаза. Не в тюрьме, конечно, а где-нибудь рядом. Уж он смог бы побороться с фон Туммом и его бандой.

— Да. Мы дураки, что сразу же не известили его, когда выяснилось, что речь идет о черной магии.

— Но мы же узнали об этом только во вторник ночью, а потом было уже не до того.

— Думаешь, сейчас уже поздно?

— Боюсь, что да. Канлифф сказал, что суд состоится уже на этой неделе. Наш герцог, должно быть, еще на Корфу. Телеграмма вряд ли дойдет туда быстро, а дорога займет не меньше четырех-пяти дней.

Ричард вздохнул.

— Да. К тому же, даже если он прилетит сюда, он не успеет до суда собрать нужные доказательства.

В следующие дни их навещали Канлифф и Миранда. Адвокат сообщил, что в особняке Гласхилла не нашли ничего подозрительного. Пара слуг, как и говорил Мак-Тэвиш, оказались глухими и немыми или притворялись таковыми. Сам Линкольн Гласхилл, видимо, боясь ущерба для своей репутации, покинул Сантьяго в неизвестном направлении.

Миранда приносила узникам всякие деликатесы и обсуждала способы их спасения. Она навестила Мак-Тэвиша, умоляя его пересмотреть свои показания, но он отказался даже за большое вознаграждение. Еще она напечатала в газетах объявление, где предлагала десять тысяч долларов тому, кто отыщет машину Фило со следами от пуль.

Утром в пятницу, 27-го, друзей вывели в комнату для свиданий. Они ожидали увидеть Миранду или адвоката, но там стоял собственной персоной герцог де Ришло.

Трое друзей бросились друг другу в объятия. На недоуменные вопросы Ричарда и Саймона герцог ответил:

— Я узнал, что вы в беде, находясь на третьем уровне астрального плана. Тут же я покинул Корфу и уже вчера прилетел сюда. Ваш адвокат сообщил мне обо всем, что с вами случилось.

— Что вы думаете о наших шансах? — спросил Ричард.

— Они не очень велики, но я постараюсь вам помочь. Я сказал Канлиффу, что обладаю даром ясновидения, и, если меня допустят в номер убитой женщины, я смогу описать картину убийства.

Он на минуту прервался, слегка усмехнулся и продолжал:

— Мне обещали предоставить такую возможность сегодня днем.

Они еще полчаса рассказывали ему о своих приключениях в Буэнос-Айресе, Пунта-Аренас и Сантьяго, потом он ушел, оставив их в лучшем настроении, чем во все эти дни.

Вечером пришел Канлифф, сообщивший, что герцог обнаружил в отеле нечто, позволяющее полностью оправдать их. Они уже следующим утром представят доказательства в суд.

В субботу утром подозреваемых опять доставили в зал суда. Герцог де Ришло вышел вперед и спокойно заговорил:

— Мне удалось связаться с духом убитой женщины. Она описала своих убийц, один из которых был негром, а другой, по ее мнению, арабом. Она также рассказала, как мистер Арон и мистер Итон спасли ее от дьяволопоклонников и указала мне на Библию в ящике стола. Выйдя из транса, я сразу позвонил в полицию.

Полицейский лейтенант, занявший место де Ришло, подтвердил, что в ящике стола обнаружена Библия, на внутренней стороне обложки которой найдена надпись карандашом. Переводчик огласил ее по-испански.

Через полчаса полностью оправданные Саймон и Ричард были уже в номере герцога в «Хилтоне» вместе с Мирандой и Пинни. Смеясь, они поднимали тосты за оккультную науку.

— Хорошо, что вы оказались в комнате Неллы и смогли вписать эту надпись в Библию, — сказал Саймон. — Расскажите, как вам это удалось?

Герцог засмеялся.

— Из тебя вышел бы неплохой детектив, Саймон. Ты прав, конечно. Я установил контакт с духом Неллы, но бедняжка была так напугана, что ничего не могла сказать. Поскольку никто не знал ее почерка, я рискнул и пошел на подлог, чтобы не допустить вашего осуждения.

Вдруг он посерьезнел:

— Но теперь, когда вы на свободе, нам нужно заняться делом. Ясно, что наш друг Рекс в опасности. Мы должны его спасти.