—Она необыкновенная.

Логан произнес это с такой любовью, что Стелла чуть повернулась к нему.

—Роз говорит о вас то же самое. Вообще-то, я сначала подумала, что вы двое...

Логан расплылся в улыбке.

—Не шутите?

—Она красивая, умная, и у вас много общего. Даже личный опыт.

—Вы правы. Но, может, как раз из-за опыта сие предположение кажется фантастичным. Однако спасибо.

—Я так восхищаюсь Роз! Безумно восхищаюсь всем, чего она достигла. В одиночку. Вырастила сыновей, сохранила дом, подняла бизнес. И все это она делала по-своему, решительно идя к цели.

—А ваши жизненные цели?

—Я не хочу начинать собственный бизнес. Я думала об этом пару лет назад, но такой прыжок без парашюта? С двумя детьми? — Стелла покачала головой. — Роз гораздо смелее меня. К тому же я поняла, что это не мое. М не нравится работать на кого-то другого, находить и устранять недостатки, придумывать, как развить и расширить дело. Управление — вот что у меня получается лучше всего. — Стелла умолкла на пару секунд. — А где же язвительные комментарии?

—В голове. Поберегу их, пока вы меня не разозлите.

—Буду ждать с нетерпением. Я люблю сажать сады с нуля, с чистого листа. И еще больше люблю исправлять то, что не очень хорошо спланировано или нуждается в улучшениях и переделке.

Стелла снова замолчала и нахмурилась.

—Странно, я только что вспомнила. Несколько ночей назад мне снился сад. Очень причудливый сон... И пугающий. Я не могу вспомнить отчетливо, но что-то в нем было... огромный прекрасный синий георгин. Георгины — мои любимые цветы, а синий — мой любимый цвет. И все же ему там было не место. Я его не сажала, а он вырос. Странно...

—И что вы сделали? С георгином?

—Не помню. Меня разбудил Люк, и мой сад и экзотический георгин исчезли. — Мысленно она добавила: «А в комнате было ужасно холодно». — Люку нездоровилось. Проблемы с животиком.

—Он поправился?

—Да. Спасибо, все в порядке.

Очко в его пользу.

—А как его зуб?

Ой, ой, второе очко. Китридж помнит, что у ее ребенка качался зуб.

—Люк продал его зубной фее за хрустящую долларовую купюру и скоро надеется получить следующую. Он сейчас очень мило шепелявит.

—А старший брат еще не научил его плевать через просвет между зубами?

Стелла поморщилась.

—Мне это неизвестно.

—То, что не знаешь... Держу пари, он еще там... ваш волшебный георгин, цветущий в мире грез.

—Приятная мысль.

Убей его.

«Господи, а это еще откуда?» — удивилась Стелла, стараясь подавить нервную дрожь.

—Насколько я помню, он был очень красивый. Мы приехали? — спросила она, оглядываясь по сторонам, когда Логан свернул на парковку.

—Имение через дорогу. Здесь нечто вроде экскурсионного центра. Продажа билетов и сбор групп в автобусы.

Логан выключил двигатель и повернулся к Стелле.

—Обращение в новую веру стоит пять баксов.

—В веру Элвиса? Я и сейчас ничего против него не имею.

—Пять баксов. После экскурсии вы должны купить как минимум диск Элвиса.

—Договорились.

Стелла представляла себе нечто грандиозное, вроде Харпер-хауса, однако увидела скромный двухэтажный особняк с колоннами, типичный для колониального Юга. Внутренние помещения, во всяком случае открытые для посетителей, если чем и поражали, то не размерами.

Она бродила в группе туристов, слушала через наушники воспоминания Лизы Марии Пресли, озадаченно смотрела на задрапированные коричневой с голубыми и золотистыми переливами тканью стены и потолок бильярдной, в которой практически невозможно было повернуться из-за избытка мебели и огромного стола под зеленым сукном, изумлялась водопаду, изображениям диких животных и сувенирам, собранным в «комнате джунглей».

«И ведь кто-то жил с этим», — думала Стелла. Нет, не кто-то, а икона стиля целого поколения, человек потрясающе талантливый и знаменитый. И как мило, что женщина, в детстве потерявшая прославленного отца, говорит о нем просто, как о родном и любимом человеке.

Невысказанные претензии Стеллы к вкусу хозяина забылись при виде казавшихся бесконечными стен, увешанных почти впритык золотыми и платиновыми дисками. Трудно было поверить, как многого он добился за столь короткую жизнь.

Под песни Элвиса в наушниках Стелла восхищалась его победами и эффектными сценическими костюмами, зачарованно разглядывала его фотографии, киноафиши, портреты и слушала отрывки его интервью.

Логан Китридж удивился, как много можно узнать о людях, просто наблюдая за ними в «Грейсленде». Кто-то тихонько посмеивался над устаревшими и весьма спорными интерьерами. Кто-то замирал с остекленевшими от почти религиозного экстаза глазами. Некоторые, с любопытством вытягивая шеи и переговариваясь, спешили добраться до сувенирных магазинчиков и вернуться домой, чтобы хвастаться тем, что посетили знаменитый дом знаменитого человека.