Увидев ее, Майкл остановился. Почти весь вечер он просидел в баре с непочатой бутылкой пива, думая об отъезде, о Сюзан. Час назад он собрался домой, но, заметив «форд» Сюзан, задержался. Майкл замешкался в темноте, когда мимо прошел Куп — в «Клэнсиз» завязалась драка. Майкл в нерешительности топтался на месте, не зная, как быть. Сюзан приближалась. Глядя на нее, он чувствовал, как в его душе поднимается нечто, в чем он доселе не смел себе признаться. На ум пришли слова Рейчел. А ведь она права, подумал Майкл. Он использовал почти все свои шансы. Остался один-единственный. Неужели он и его упустит?

Майкл шагнул навстречу Сюзан.

— Привет.

— Привет. — Она остановилась.

— Как было на балу?

— Нормально. Купу пришлось уйти.

— Ну да, в баре, кажется, драка.

— Очевидно… — Она двинулась мимо.

— Подождите. — Он тронул ее за плечо. — Я должен вам что-то сказать.

Он замолчал, не зная, с чего начать. Лицо Сюзан оставалось непроницаемым.

— Я слушаю, — ободрила она его.

— В тот вечер, когда я увидел вас там, на вырубке…

Сюзан плотно сжала губы, и Майкл подумал, что она предпочла бы не вспоминать тот случай.

— Та женщина… — торопливо продолжал он, судорожно подыскивая слова. — Мы просто приятели.

— Вы не обязаны отчитываться передо мной.

— Подождите. — Он попытался удержать ее за плечо и почувствовал, что она вся будто ощетинилась. — Зачем вы приходили тогда?

— Не важно, — отрывисто бросила она.

Майкл убрал руку, но Сюзан не двигалась. Он пристально всматривался в ее черты — в разрез зеленоватых глаз, в плавные линии полных губ. Пальто на ней распахнулось, и он увидел, что она дрожит, увидел, как вздымается ее грудь. Им овладело безудержное желание обнять ее, крепко прижать к себе. Более страстного желания он, наверно, не испытывал в жизни.

Сюзан прочла это в глазах Майкла. Его возбуждение передалось ей, вызвав во всем ее уставшем от одиночества существе ответное томление. Но, почувствовав на талии его ладонь, она в первую секунду невольно отпрянула.

Она смотрела на него. Он склонился к ней. Она обратила к нему лицо, ощутила его поцелуй и забылась, чувствуя лишь близость мужского тела и его губы на своих губах.

Куп стоял в тени на противоположной стороне улицы и, сжав кулаки, наблюдал за ними. Его душили боль и ярость. Может, подойти и объяснить, что она совершает непоправимую ошибку? Усилием воли он заставил себя остаться на месте, понимая, что драка ничего не даст. Только сохраняя спокойствие и самообладание, сумеет он убедить ее в неправильности выбора.

Прячась в темноте, он дождался, когда они уедут, каждый в своей машине, и в отчаянии ударил кулаком в дверь, возле которой стоял. Кожа на костяшках пальцев лопнула, дерево обагрилось кровью. От боли он еще острее почувствовал всю несправедливость нанесенной ему обиды. Куп повернулся и зашагал к полицейскому участку.

— Пожалуйста… — прошептала Сюзан, сама не зная, о чем просит.

Майкл оторвался от ее губ и отступил на шаг.

Приехав к нему домой, они почти не разговаривали. По дороге она всеми силами глушила в себе сомнения, однако теперь оба испытывали неловкость.

Сюзан обвела взглядом гостиную: мебель старая, пахнет затхлостью. Майкл, словно прочитав ее мысли, объяснил:

— Я редко бываю в этой комнате.

Он начал разводить огонь в камине, а Сюзан сидела на диване, стиснув колени. Дрова запылали, и Майкл выпрямился.

На улице, когда они встретились, он точно знал, чего хочет. Ему хотелось обнимать ее, хотелось ощущать ее тепло и успокаивающую близость. Хотелось купаться в ее нежности, чувствовать прикосновение ее рук и губ, нашептывающих ему на ухо ласковые слова. Хотелось зарыться лицом в ее волосы, вдыхая сладостный женский аромат. Теперь прежняя уверенность испарилась.

Ни он, ни она не двигались. Прошла минута — длинная, как час. Наконец Сюзан встала. Она думала о Дэвиде, но его образ расплывался, улыбка ускользала. Он превращался в далекое воспоминание, которое надо хранить вечно. Сюзан взяла Майкла за руки и испытующе посмотрела ему в глаза. В них отражалось владевшее им желание. В ней тоже разгоралась страсть. Она жаждала прикосновения тела — тела, которое она сможет любить.

— Я давно не была с мужчиной, — промолвила Сюзан.

— У меня тоже давно не было женщины.