Тут же вертелся какой-то парень с видеокамерой. Я спросил у Позднего, кто это. «Да так, один человек...» — «Свой? — спрашиваю. — Сможем его найти, если для кино понадобится пленка?» — «Здесь все свои, — он посмотрел на меня испытующе. — Посторонних не держим».

Невысокая женщина лет сорока увлеченно рассказывала, как ей удалось проникнуть в стан партийных активистов:

— Пришли человек двести, раздали всем по целой папке инструкций... Я тоже беру. Тут появился сам Галков и давай всех накачивать. Неформалы, мол, выдвигают лозунг «За Советы без коммунистов». Я не выдержала: «Это вы точно знаете?» — кричу Публика в шоке. «А вы, дамочка, откуда? Вам, видимо, не сюда»... Вытурили...

— А бумаги отняли?

— Как же, у меня отнимешь...

Развеселились. Кто-то предложил поддержать идею товарища Галкова с его лозунгом «За Советы без коммунистов». Шутка, разумеется, но слишком вызывающая: в официальном-то помещении... Все на него зашикали. Вот тут у меня и сорвалось:

— За Советы... без Галкова.

Сказал негромко, но услышали все. И сразу ко мне пробилось человек десять. Что нужно делать, чтобы Галкова завалить? Галков, оказывается, для них — олицетворение партийной бюрократии.

Парень с видеокамерой нас «по-свойски» заложил. И в понедельник утром пленку с видеозаписью уже внимательно изучали в кабинете первого секретаря горкома. Место с моим выступлением Григорий Владимирович Галков попросил прокрутить дважды.

Отступать некуда. Начинаю предвыборную кампанию против Галкова.

Почему именно против него? С кого-то надо начинать. Тем более что он действительно олицетворяет партийную тупость.

В Доме кино (Олег Белогривов дал ключ от своего кабинета) первое заседание клуба избирателей «Гласность». Удалось собрать двенадцать человек. В основном знакомые журналисты. Смотрят на меня с недоверием. Слушают с опаской.

— В городе, говорю, определился самый горячий район — Калининский, в нем два избирательных округа: территориальный и национальный. Страсти схлестнутся именно здесь, потому что по территориальному округу выдвинут Галков, а в национальном медикам из Института кардиологии удалось выставить кандидатуру Симона Позднего. Таким образом, говорю, население Калининского района, к слову, самого крупного в городе, будет голосовать за Галкова и Позднего. Или против Галкова...

— Или за Галкова, но против Позднего, — мрачно резюмирует кто-то. — Что наиболее вероятно.

Его поддерживают, кажется, все. О победе над Галковым смешно и думать...

Тем не менее сговариваемся встретиться в четверг. А пока — изучить обстановку, продумать тактику, найти людей, готовых помочь...

В четверг из двенадцати «членов» моего клуба пришли только трое. У остальных — работа, должность, семья.

Но главное было ими сделано: по городу прокатилась молва. И в среду в Доме кино собралось человек триста.

Пришли научные работники, архитекторы, врачи, рабочие, жители микрорайонов, студенты и преподаватели университета. «А то про демократию все только в газетах пишут...»

Юра Хащ, разумеется, показал наш фильм про 30-е, Поздний выступил со своей предвыборной программой. Программа у него нормальная, кроме явного перегиба с шестой статьей Конституции. Поздний категорически настаивает на ее отмене; мне кажется, это преждевременно и может многих отпугнуть. Но спорить с этим законченным максималистом бесполезно.

— Сейчас главное — протащить Симона Позднего через окружное собрание, — формулирую задачу. — И прощупать Галкова, найти его слабые места...

— Не надо только полагать, что бюрократия совсем уж бессильна, — наставляет народ Юрий Ходыкин [16] . — Она не в состоянии провести демократические выборы, но зато прекрасно умеет «организовывать» нужный результат. Давайте продумывать систему контроля. И будем готовыми ко всему.

Но народ настроен оптимистично.

Разбились на группы, стали распределять обязанности.

— Вы с ума сошли! Что вы делаете? — невысокая женщина, в которой я узнал «лазутчицу», тянет меня в сторону. — В зале полно стукачей. Завтра всему городу будет известно...

В этом я не сомневался, но именно это нам и требовалось.

— Прикинем наши возможности, — говорил я неделю спустя, раскладывая бумаги на огромном круглом столе в центре зала под высокими сводами Фарного костела и чувствуя себя Наполеоном. — Посмотрим, что у нас есть.

Было немного.

Два десятка «своих» участников окружного собрания, в задачу которых входило любой ценой провести в президиум и в счетную комиссию представителей от каждого кандидата, настоять на установке свободного микрофона в зале, убедить собравшихся в необходимости тайного голосования... Сомнительная возможность задавать вопросы, посылать записки в президиум, телеграммы — личные и коллективные — от тех, кто не попадет в зал... В этом же округе от Народного фронта идут актер Виктор Матаев и профессор-медик Миснюк, шансов у них немного, но зато они могут выступить против Галкова. Кроме того, получат слово их доверенные лица... Еще у нас были самодельные плакаты для пикетирования у входа, свои люди на телевидении, а значит, и возможность все заснять...