Почти заикаясь от возбуждения, Мартинес рассказал об уловке Чандре. Ответ пришел немедленно: ударить из пятнадцати пусковых установок по этой траектории и дать по врагу еще один прямой залп, чтобы отвлечь его внимание.

Ракеты стартовали, и в этот раз Мартинес послал с ними Третий катер. Пилот не мог ускориться так же резко, но он отправится вслед и, возможно, сможет увидеть врага с точки, позволяющей произвести важную корректировку курса в последний момент.

На Девятую эскадру обрушилась очередная волна ракет, тут же уничтоженная лазерами и антипротонными излучателями. Мартинес чувствовал, как его острыми, злыми зубами грызет тревога. Вражеские ракеты подбирались настолько близко, что для противоракет не хватало времени: химические двигатели слишком долго уносили снаряды на безопасное расстояние. Придется рассчитывать исключительно на лазеры и антипротонные излучатели.

Он крутил головой, осматривая виртуальное поле боя, когда увидел впереди жуткие, невероятные взрывы. Эскадра даймонгов исчезла в расширяющихся плазменных вспышках. Сердце Мартинеса рвалось из груди. Высока вероятность, что Торк с флагманом и эскадрой уничтожен, мгновенно стерт в порошок, как многие эскадры при Первой Магарии.

Он подумал, насколько горячо будет плазменное облако, когда через несколько минут в него влетит "Прославленный".

В ушах зазвучал голос Чандры:

– Всем кораблям приготовиться к рассеиванию.

"Вовремя", – подумал капитан.

– Двигатели, выключить двигатели, – сказал он Мерсенну. – Пилот, курс два-четыре-пять на ноль-шесть-ноль. Двигатели, готовность к ускорению в 8 g.

Мерсенн включил предупреждение о перегрузках.

– Рассеяться! – закричала Чандра в наушниках Мартинеса. – Всем кораблям рассеяться!

– Двигатели, зажечь двигатели, – приказал Мартинес.

Включение 8 g было похоже на удар копытом под дых. Турбины взвыли как огнедышащее чудовище. Крейсер громко застонал.

Мартинес задыхался. Виртуальный мир в голове начал меркнуть, значки вспыхнули и погасли. Из-за неожиданного маневра наблюдательные катера потеряли связь с крейсером.

– Всем кораблям залповый огонь. – Хриплый голос Чандры почти срывался от перегрузок. Капитан повторил команду.

– Орудия… выстрелили. – Прочирикал Хусейн на октаву выше обычного, хотя перегрузки могли исказить восприятие самого Мартинеса.

– Милорд! – Вот Пэн кричал без напряжения. – Ракеты!

Мартинес едва успел их заметить, когда половина виртуальной реальности вспыхнула белым и тут же погасла, так как на одной стороне крейсера сгорели датчики.

– Повернуть корабль! – Мартинеса охватила отчаянная тревога. Без сенсоров оборонительные лазеры не засекут приближающегося врага.

Пилот развернул крейсер, и темнота уничтоженных сенсоров поменялась местами с белой вспышкой. Взрыв поглотил корабль, заполнив вакуум радиопомехами, и стало совсем ничего не видно. Мартинес взглянул на счетчики радиации. Нейтроны, гамма лучи и пи-мезоны пульсировали вместе с разрывами ракет. Температура корпуса зашкаливала.

Датчики были автоматически заменены, и почерневшая половина космоса медленно побелела.

Мощная радиационная волна вновь спалила половину сенсоров. Явно взорвалась не просто ракета. Так взрываются звездолеты с топливом из антиматерии и арсеналами.

– 12 g на две минуты! – крикнул Мартинес.

Загремели двигатели. Мартинес заорал от возникших перегрузок, чувствуя, как подступает тьма. Он сжал челюсти и сглотнул, пытаясь увеличить кровоток к мозгу. Дыхание хрипло отдавалось в ушах.

Забвение стало долгожданным облегчением.

Несколько мгновений спустя он пришел в себя. В ушах звенел голос Миши:

– Всем кораблям залповый огонь!

Мартинес попытался ответить, но в рот будто засунули резиновый мячик.

– Орудия, слышали? Залповый огонь!

Хусейн молчал. Наверное, всё еще без сознания. Мартинес, заикаясь, произносил серию команд для доступа к панели управления орудиями, когда заплетающимся языком заговорил Хусейн:

– Не надо, лорд капитан, я сам. – Последовала пауза. – Ракеты ушли.

"Прославленный" всё еще находился в плазменном облаке, пусть и не в таком плотном и горячем. Мартинес вновь бросил взгляд на счетчики радиации. Пульсации почти не было, они явно отдалились от источника. Температура обшивки падала.

Радары и поисковые лазеры обшаривали пустоту. Из дымки гамма лучей появлялись звездолеты Девятой эскадры, выжившие в бою.

"Три, четыре, – считал Мартинес. – Вместе с "Прославленным" пять".

Несколько минут назад их было девять.

– Всем кораблям залповый огонь! – В этот раз командовала Чандра. Вероятно, только что очнулась.