— А вы куда, господин барон?

— Пришло время, Покоп. Требуется расставить все точки над «і» и выяснить, кто тебе друг, а кто враг. Я отправлюсь повидать барона Боевого Топора.

— Вы не доверяете Грецки?

— Не знаю. В свое время он крепко помог нам на той лесной дороге. Если бы не его умение, выносливость и острое лезвие, мы бы тут с тобой не разговаривали, но все равно Ярош, пока во всяком случае, слишком темная фигура. То он на виду, и крутится вокруг, советуя и опекая, то вдруг срывается и исчезает на несколько дней. За все то время, что я знаю барона, я так и не удосужился толком поболтать с ним по душам.

Барон встретил меня как всегда радушно и с распростертыми объятиями. Едва мои носилки подъехали к поместью, как пожилой слуга, открыв передо мной ворота, свистнул молодому парню, подстригавшему во дворе кусты, и тот сломя голову умчался в дом, оповестить хозяина о прибытии гостей.

— Дмитрий! — Ярош появился на пороге в несвойственном для себя виде, в домашнем халате, изукрашенном искусной вышивкой, и мягких шлепанцах на босу ногу. — Не думал, что вы вернетесь так скоро!

— Считайте, что я не вернулся. — Я пожал протянутую мне широкую ладонь. — Аморис погиб.

— Сочувствую. — Грецки нахмурился и зло зыркнул на застывших во дворе слуг. — Дирек был отличным слугой и добрым другом. Что с ним случилось?

— Фанатик из подполья. — Я закусил нижнюю губу. — Сначала бросил в помещение несколько гранат, а после дал очередь из автомата. Шальная пуля, мгновенная смерть.

— Что с тем мерзавцем и почему вы решили, что он именно из подполья?

— С удовольствием объясню, но только не здесь. Пройдемте в ваш кабинет.

Барон сухо кивнул и, широко распахнув входную дверь, пропустил меня вперед.

— Два бокала и лучшего вина, живо, — распорядился он по дороге.

Рассевшись в удобные мягкие кресла друг напротив друга, мы немного поиграли в гляделки. Так, самую малость. Я смотрел в широко открытые ясные глаза Яроша, пытаясь угадать, что же творится в голове Боевого Топора в данный момент. Если он играет не на моей стороне, то дела мои плохи. Грецки отличный боец, в лучшей, чем я, физической форме, и тело его не истерзано длительным путешествием. Отрубить мне голову он может одним махом.

Дождавшись пока слуги расставят на столе бокалы и разольют в них багровый напиток, я наконец повел разговор.

— На чьей вы стороне, Ярош?

— Не понял. — Нахмурившись, Грецки бросил на меня непонимающий взгляд и даже не попытался прикоснуться к своему бокалу.

— Зайду с другой стороны. — Я взял бокал в правую руку и пригубил предложенный напиток. — Что вам ближе, мой друг? Выгода, состояние, стабильный доход или процветание и возвышение всего королевства?

— Вы задаете странные вопросы, Дмитрий. — Ярош встал со стула и прошелся по комнате, закинув руки за спину. — К чему вы клоните? Вы хотите меня в чем-то обвинить?

— Ну почему же сразу обвинить? — примирительно улыбнулся я. — Речь моя вовсе не о том. Сейчас идет игра. Страшная, опасная. Поражение влечет за собой гибель, не исключены адские мучения, пытки, да что угодно, черт возьми. Современные медикаментозные средства на моей родной планете способны в умелых руках творить страшные вещи. Я ищу друзей, еще больше ищу соратников, верных помощников и сильных бойцов. Моя цель священна для вас и выгодна для меня. Во главе всего месть, но в общем знаменателе сам король, его подданные, процветание и могущество. Именно теперь я хочу узнать, готовы ли вы пойти со мной против Подольских, либо останетесь с ним до конца. В последнем случае вставайте, Ярош, берите свой знаменитый топор и прекратите мои страдания. В противном же случае сбросьте свой халат и наденьте доспехи. Нам предстоит долгий и трудный путь.

— Мой род издревле славился верностью короне, — начал распаляться Ярош. — По малейшему зову монарха все мои родичи мужского пола вставали под стяги королевства и шли в бой, не щадя ни себя, ни противника. Свидетельством тому летописи, хранимые в королевских архивах, и герб на воротах моего родового жилища. Если вы, Дмитрий, не прекратите говорить туманными фразами и не изложите мне суть дела, я вынужден буду вызвать вас на дуэль.

— Ну что же, — я вытащил из внутреннего кармана диктофон и надавил на кнопку воспроизведения, — до встречи с Амиром время у нас еще есть.

— Дела наши плохи. — Ярош скрестил руки на груди.

Наши, он сказал наши. Обнадеживающий знак.

— С чего вы взяли? — с прищуром поинтересовался я.

— Слишком много купленных, захотевших легких денег, продажных чиновников и других имеющих вес господ. Сам я неоднократно наблюдал, как они пропускали в наш мир контрабанду. Электроника, огнестрельное оружие, медикаменты, все, что находилось под строжайшим запретом, провозилось в этот мир благодаря звонкой монете. В то же время я неоднократно видел горящие в кострах записи, мудрые книги, знания, так необходимые нашему миру. Если бы они проникли в королевство, то люди враз избавились бы от множества хворей и болезней, облегчили свой тяжкий труд, а сама страна вышла на новый круг благоденствия и процветания. Нам давали лишь скупые подачки, будто старой собаке кость со стола, в то время как все нужное, доброе, вечное пресекалось самым жесточайшим способом. Если вы гарантируете, что ваше мероприятие сдвинет ситуацию с мертвой точки, то я целиком ваш. Что вы собираетесь предпринять?