Сядьте.

Хэслем садится.

Клара (также садясь). Мистер Хэслем, вы позволите и мне называть вас просто Билл?

Хэслем. Разумеется, как вам будет угодно.

Клара. Не думайте, что я слепа, подобно мистеру Барнабасу. Каковы ваши намерения, молодой человек?

Хэслем (глаза у него блестят). Я только что объявил их мистеру Барнабасу.

Клара. Как!!!

Хэслем (наслаждаясь произведенным впечатлением). Вот потеха!

Клара. Не вижу тут ничего потешного. Вы не смоли разговаривать с мистером Барнабасом, когда мне Сэвви но сказала пи слова. И что же ответил Фрэнклин?

Хэслем. Вы пошли и не дали ему ответить. Но, кажется, все сошло гладко.

Клара. Нечего сказать, хорош отец! Неужели он ни о чем даже не опросил?

Хэслем. Вы лишили ого этой возможности.

Клара. Каковы ваши средства?

Хэслем. Мой доход составляет сто восемьдесят фунтов годовых; а за дом с обстановкой я должен платить триста.

Клара. Благородная бедность. И, разумеется, никаких видов на будущее. Епископом вам не бывать.

Хэслем. Да, едва ли. Ха-ха! Вот потеха!

Клара. Ну что ж. Могу сказать только, что, если у нее хватит глупости выйти за вас, я ей помешать не в силах. Так что на меня не рассчитывайте. Вы сами впутались в это дело, пеняйте теперь на себя.

Хэслем. Я в ужасе. Или нет, вернее сказать, я в восхищении.

Клара. А что скажут ваши родители?

Хэслем. Ну, они давно махнули на меня рукой. В семье ведь не без урода. Они надеются, что на деньгах женится мой брат.

Клара. Что ж, по-видимому, у вас очень разумные родители: вот единственное утешение. Жаль, что про вас этого не скажешь. Вы ведь знаете, что Кон совсем с ума спятил и Фрэнклин тоже тронулся? Они намерены жить триста лет. Не знаю, чем все это кончится. Я вынуждена делать вид, будто ничего не произошло, но… (Едва удерживает слезы)

Хэслем (в сильном беспокойстве). Полно, миссис Барнабас, не принимайте это так близко к сердцу. Я и не подозревал, что вас это огорчит. Поверьте, я вам глубоко сочувствую.

Клара. Вы, видно, за дуру меня считаете. Неужели вам могло прийти в голову, что я верю их вздорной болтовне о Творческой Эволюции или как там они ее называют?

Хэслем. Это всего лишь причуда. Поверьте, хотя у мужчин бывают самые нелепые причуды, они остаются в здравом уме. Им это даже полезно. Если у них нет причуд, они пьянствуют, или играют на бирже, или читают классиков, или находят себе еще какое-нибудь несносно скучное занятие.

Клара (несколько утешившись). Вы в самом деле так думаете, Билл?

Хэслем. Уверяю вас. Мой брат помешан на гольфе. Моя мать помешана на садоводстве. Как видите, они не принадлежат к интеллектуальным людям. А мистер Барнабас и доктор непременно должны помешаться на чем-то интеллектуальном. Эта выдумка насчет трехсот лет жизни для них истинное спасение.

Клара. Ну, вы меня утешили. Видит бог, как мне это необходимо. Спасибо. Обрести у зятя утешение для меня важней целой кучи денег. Сэвви все равно их промотает, будь у вас хоть миллион фунтов. Сколько она транжирит на одни туфли! А ведь пара стоит теперь сорок пять шиллингов.

Хэслем. Миссис Барнабас, я весьма вам признателен за вашу благосклонность.

Клара. На свете немногие заслуживают благосклонности. (Оценивает его взглядом.) В конце концов, почему бы вам все же не стать архиепископом. Старый архиепископ Четтлский, который воспитывал в Дурхеме моего отца, был такой же смешной.

Хэслем. К этому можно привыкнуть, стоит только узнать меня поближе.

Клара. Я ведь и сама немножко смешная. Дураки выводят меня из терпения. А вам они как будто даже нравятся. Можете вы примириться с такой тещей, как я? Я не стану бывать у пас слишком часто.

Хэслем. О лучшей теще я и мечтать не смел. Подумать только, вы оказались такой веселой, вот потеха.

Клара (польщена). И прекрасно. А теперь идите скорей в гостиную да попросите Рози сыграть.

Хэслем. Я куда охотней послушал бы Сэвви.

Клара. Сэвви сейчас не в духе. А Рози жаждет сыграть «Канун святого Непомука», потому что Фрэнклин всегда выходит из бильярдной послушать. Имм не догадается ее попросить, он только заговорит ей зубы. Сжальтесь над нею и попросите сыграть что-нибудь из Гуго Вольфа. [37]

Хэслем. Вот так штука выйдет, если дядюшка Имм начнет приударять за миссис Эттин вместо мистера Барнабаса, правда?

Клара. Имм лишен музыкального слуха. Пианино на него, во всяком случае, не подействует.

Из гостиной доносится долгий, заунывный аккорд на ре и соль бемоль. Потом там начинают играть на черных клавишах «Марш Кэмпбеллов».

Вступает барабанное сопровождение, сначала похожее на детскую забаву, но потом удары гонга крещендо переходят в настоящий экстаз.