Габриэл хотел было узнать, что он сам думает по этому поводу, но вопрос Тувы увел его мысли в иное направление.

— Может быть, эти трое всадников имеют что-то общее с норнами? — спросила она. Богинями судьбы, Урд, Верданди и Скульд? Богинями прошлого, настоящего и будущего.

— Не думаю, — ответил Марко. — Эти богини есть, кстати, и в греческой, и в римской мифологии. Там они называются мойрами и парками, и они отвечают за рождение, жизнь и смерть. Нет, эти Властители Времени — нечто иное. Они относятся к другой мифологии, более далекой от нас. Я уже не помню, почему их именно трое, и теперь нет времени задумываться над этим. Во всяком случае, они безжалостны и неумолимы, как время, бегущее для человека лишь в одну сторону.

И тут Габриэл, наконец, осмелился задать свой вопрос:

— Ты сказал, что можно предположить, что они охотятся именно за нами?

— Да. Халькатла, тебе следует быть крайне осторожной. Ты ведь нарушила закон времени, вернувшись из прошлого и продолжая жить дальше.

Халькатла в страхе прижалась к скале.

— Многие из нас нарушили этот закон, — заметил Натаниель. — Ты сам. Марко. Могу прямо сказать, что ты не подвластен ходу времени.

— Это так, — ответил Марко. — И Руне со своим бессмертием ничуть не хуже…

— И Тува, совершившая путешествие по времени, — задумчиво произнес Натаниель.

— Ты и сам это сделал, Натаниель, — напомнила она ему. — Чтобы отыскать меня.

— Ян был пробужден к новой жизни за миг до того, как он готов был переступить границу смерти, — сказала Халькатла. — Фактически, только маленький Габриэл вел себя прилично в их глазах.

— Так что почти все мы вызвали их гнев, — с горечью произнес Руне.

— Вы полагаете, что они явились, чтобы напасть на нас? — дрогнувшим голосом произнес Габриэл.

— Вполне возможно, — ответил Марко. — Они не любят, когда кто-то разыгрывает их, они стараются навести порядок. Халькатлу следует вернуть в свое время, Яна снова сделать больным и умертвить, Руне же они попытаются либо уничтожить, либо отправить в пустое пространство.

— Мы с Натаниелем будем наказаны за путешествие в прошлое, — сказала Тува. — А как же ты, Марко?

Взгляд его стал далеким.

— Мне не следует попадать в их руки, — ответил он. — Это закончилось бы очень, очень плохо. Но я думаю теперь не о себе, а о…

Он замолчал, собираясь с мыслями.

— Разумеется, они нападут на нас, — сказал он. — Но падет ли выбор сначала на воинов Таргенора или на нас, еще не известно. Нам не избежать схватки с Властителями Времени. Мы должны подняться на вершину горы. И немедленно!

Подняться по отвесной скале? Все удрученно посмотрели наверх.

— У меня кружится голова, стоит мне стать на стул… — пробормотала Тува.

Габриэл трясся от страха. «Я боюсь лазить по деревьям! — в ужасе думал он. — И еще больше я боюсь лазить по горам!» И вот теперь ему предстояло залезть на скалу! Прямо здесь! В голубоватом свете луны он видел ничтожно узкий гребень скалы, тут же обрывавшийся вниз. Гребень этот был не шире его мизинца и такой острый, что ничья рука не могла ухватиться за него.

— Нам не выбраться отсюда, — удрученно произнес Натаниель.

Но Марко потихоньку свистнул, и в тот же миг их окружили огромные, мохнатые собаки — или, скорее, волки.

— Скорее, — приказал Марко своим спутникам. — Садитесь на них верхом, пока их никто не заметил!

Один только Ян колебался, но, увидев, что Тува осмелилась сесть верхом на волка, он последовал ее примеру.

Вцепившись в густую шерсть, Габриэл прижался к загривку животного. Он почувствовал, как волк стал подниматься вверх, но было не похоже, что он бежал по скале, он двигался на некотором расстоянии от нее, по воздуху.

Он видел рядом с собой всех шестерых, и каждый сидел на спине своего волка.

«Только бы Властители Времени нас не увидели», — с бьющимся сердцем подумал он.

Но волки свернули немного в сторону, так что их заслонял склон от ближайшего к ним Властителя Времени. Двое других всадников были вдали от них и явно нацеливались на Таргенора и его друзей.

«Беги, Таргенор, — думал Габриэл, тщетно пытаясь передать свою мысль на расстоянии. — Беги в свое укрытие в мире духов!»

Рядом с собой он видел лицо Яна, перепуганного насмерть. Но ирландец держался стойко. Никогда не переживавший того, что для многих Людей Льда было повседневным делом, Ян тяжело переносил эти приключения. И дело было нешуточным!

Стремительно достигнув вершины, они перескочили через нее…

У Габриэла перехватило дух. Он даже не подозревал о том, какой огромный ледник находится там. Хотя ему следовало этого ожидать, ведь он читал рассказ Силье и Тенгеля Доброго об их переходе через ледник во время ночного бегства. Он увидел перед собой сверкающий мир голубого, белого и черного. Лед сверкал в лунном свете, как и четыреста лет назад. Скалы, обрамляющие ледник, были черными, небо над ним — темно-синим.