– Ну, десять «лимонов» ему не унести.

– Да нам бы и «лимона» хватило.

– Нам?

– Ну, ты же не думаешь, что я тебя брошу?

Вика нежно улыбнулась и прильнула к нему. Но тут же отстранилась и приподнялась, опираясь на вытянутую руку. Она смотрела вслед уходящей лодке, словно пыталась увидеть Каргола, стоящего на противоположном берегу озера.

Уже начинало темнеть, когда лодочник наконец-то вернулся.

– Ты ничего не заметила? – спросил Егор, когда он исчез из виду.

– Заметила. Домой он пошел. Довольный как слон.

– А мотор на лодке оставил.

– Думаешь, снова поплывет?

– Может, и так, а может, плевать ему на мотор. Он теперь, наверное, сто таких моторов сможет купить.

– Думаешь, Каргол ему все-таки забашлял?

– А мы проверим…

Егор не торопился. Он дождался, когда деревня уснет, и только после этого подошел к дому, в котором скрылся лодочник. Тихонько постучал в окошко. Вскоре приоткрылась дверь. Егор напрягся, что, если сейчас в него шмальнут сразу из двух стволов?

– Тебе чего? – послышался женский голос.

– Хозяйка, мне бы воды попить. А то так есть хочется, что переночевать негде.

– Ты что делаешь, дура? В дом пошла!

Вот и лодочник показался. Видно, деньги у него действительно появились, потому и страшно случайного гостя в дом пускать.

Он попытался закрыть дверь, но Егор подставил ногу и с силой потянул на себя ручку, настежь раскрыв дверь. Лодочник едва не вывалился вслед за ней в его объятия.

– Слышь, друг, помоги, а? Заблудились мы.

К Егору подошла Вика, с жалобным видом глядя на растерянного лодочника.

– Ну, заходите, черт с вами! – отсекая сомнения, махнул рукой мужик.

Егор первым зашел в избу. Мало ли, вдруг там кто-то прячется с карабином на изготовку. Потом вошла Вика. Лодочник закрыл за ней дверь, выглянув перед этим во двор. Тревожно, видимо, у него на душе.

– Чего боишься, хозяин? – усмехнулся Егор. – Думаешь, черт за нами запрыгнет? Так он уже с нами, твоими молитвами.

– Какой черт? – еще больше напрягся мужик.

– Ну, ты же сказал, что черт с нами.

– Так это присказка такая.

– Нельзя черта всуе поминать…

В сенях горел свет. Слева дверь в летние клети, справа – в зимнюю половину, отапливаемую русской печью. Дверь низкая, чтобы тепло из дома в холодные сени не уходило.

Прохладно в сенях, зато на теплой половине жара стоит. Видно, печь на ночь протопили. После ночной прохлады приятно было попасть в тепло.

Хозяйка усадила гостей за стол, принесла с маленькой кухоньки блюдо с остатками рыбного пирога. Пирог свежий. Может, хозяйка потому и натопила печь, что пироги пекла.

– А чего так мало? – спросил Егор.

Лодочник удивленно глянул на него – дескать, дареному коню в рот не смотрят.

– Да ладно, мужик, нормально все. Чем богаты, тем и рады, да?

– Я сейчас яичницу пожарю, – засуетилась хозяйка.

В годах она уже, лет пятьдесят, не меньше. Лицо изрыто морщинами, тусклый взгляд, но движения быстрые, ловкие. И мужик уже в годах. Потому и детей в доме нет. Разъехались дети, только фотографии на стенах остались.

– Яичница – это хорошо, – кивнул Егор. – Если яйца остались…

– А чего им не остаться? – покосился на него лодочник.

– Как зовут тебя, хозяин?

– Сергей Макарович, а что?

– Не рад ты гостям, Макарыч.

– А кто вас знает, кто вы такие?

– Мы что, на разбойников похожи? – Егор обнял Вику за плечи, привлек к себе. – Разве такая красавица может быть разбойницей?

– Ну, оно-то да! – Сергей Макарович пригладил бороду, приосанился.

Ну не могла Вика не произвести впечатление на мужчину. Зажигательная в ней начинка, что ни говори. И хорошо, если впредь гореть она будет только для Егора.

– Говорят, здесь где-то стреляли недалеко?

– Не знаю, – нахмурился мужик.

– Потом спецназ подъехал, да?

– И что?

– Потом ты, Сергей Макарович, на лодке куда-то поплыл. Или пошел. Как правильно?

– Куда я поплыл?

– Не знаю. Знаю только, что жена твоя пирогов напекла, а ты их кому-то свез. Обратно с деньгами приплыл. Конкретно приплыл.

– Какие деньги? – Мужик резко вскочил с табуретки, но Егор поставил ему подножку, и он упал.

В комнату вбежала напуганная хозяйка. Вика поймала ее за руку, взяла на прием. Не очень ловко это у нее получилось, но ведь получилось.