Шрифт:
– Василиса, иди в свою комнату.
К Василисе подошел охранник. Егор дернулся, когда громила пальцами коснулся ее плеча.
– Чего ты колотишься? – насмешливо спросил Каргол. – Ее никто здесь не тронет. Я сам любому из-за нее горло перегрызу.
– Даже себе?
– Я ее только после свадьбы трону. И сделаю это нежно… Или ты хочешь, чтобы она вышла за какого-нибудь прыщавого юнца?
Егор задумался. Когда-то он готов был из-за Василисы убить Каргола, но сейчас не готов к этому. Да и зачем убивать человека, который хочет сочетаться с Василисой законным браком?..
– Чего молчишь?
– Ну, юнец, может, и прыщавый, но живой, – пожал плечами Егор.
– А я, значит, мертвый?
– В какой-то степени…
– А ты сюда иди. – Каргол провел его в зал, показал на журнальный столик, на котором лежала пухлая папка. – Это документы на собственность, принадлежащую Викентьеву Глебу Аркадьевичу. Заводы, газеты, пароходы. И все легальное… А кто он, этот Викентьев?
– Вы?
– Так точно. Документы реальные, люди старались, делали. Есть еще и другая папка. Там доверенности на имя Прошникова Егора Федоровича. Викентьев уедет со своей молодой женой за границу, а Прошников останется в Москве и будет его здесь представлять. Рулить здесь всем будет… Хочешь быть Прошниковым?
– Ну… – замялся Егор.
Новое лицо, новые документы, новые высоты…
– Я делаю тебе предложение, – улыбнулся Каргол.
– От которого невозможно отказаться…
– Вот именно… Кстати, как прошла встреча?
– Ну, вы же знаете, – совсем невесело польстил боссу Егор.
У него была своя команда, но, увы, этих людей дал ему Каргол. Мало того, что на этих ребят нельзя положиться, так они еще и «стучали» большому боссу. Наверняка кто-нибудь уже отчитался перед Карголом. Или еще только собирается.
– Пока не знаю, – усмехнулся Каргол, делая упор на первом слове.
– Нормально все. Как и должно быть…
Каргол махнул рукой, отсекая подробности. Дескать, все это хорошо, но Василиса важнее.
– Я уже закинул удочку, менты скоро получат отбой. Но мне все-таки лучше уехать. А тебя здесь на хозяйстве оставлю. Ты будешь Прошниковым. Но с одним условием. – Каргол нарочно потянул паузу, потом сказал: – Ты должен стать моим родственником.
– Ну, для этого вы должны жениться на Василисе.
– Я же лучше, чем какой-то там безусый юнец? – усмехнулся Каргол.
– Ну, лучше… Да, лучше…
– И богаче.
– И богаче, – согласился Егор.
– Тогда дело осталось за малым. Сегодня ты уговоришь Василису, а завтра нас распишут. Для меня это не проблема.
– Так никто и не сомневается…
– Она пока не согласна. Может, тебя послушает?
– Ну, вы же знаете, какие у нас были отношения с Пашкой, – замялся Егор. – Мы с Василисой редко виделись, она меня почти не знает.
– Давай, давай, – подтолкнул его к лестнице Каргол. – Давай, парень. Твоя судьба в твоих руках.
Егор вспомнил ту ночь, когда они с Викой собирались бежать из замка. Вика сказала, что Каргол предложил ей раскрутить Василису на постель. Как же он возмущался…
Но ведь тогда Каргол собирался жениться на ней как бы и не по-настоящему, а сейчас совсем другое дело. Все серьезно. Все очень серьезно…
Да и нет у него выхода… Возможно, Каргол устроил ему проверку на вшивость, как это было с Пашей. Он отказался менять свою дочь на босса, и чем все это закончилось? И если Егор сейчас откажется от сватовства, этим подпишет себе приговор.
Василиса стояла у окна и смотрела в небо.
– Волшебника ждешь? – спросил он.
– Да, спецназ на вертолете… – совершенно серьезно проговорила она.
– А сама улететь отсюда не хочешь?
– Хочу. К дяде Севе.
– Дался тебе этот дядя Сева.
– Мне с ним хорошо.
– А с дядей Глебом?
– Я его терпеть не могу!
– Зря. Он нормальный мужик. И богатый. Выйдешь за него замуж, уедешь за границу.
– Какой замуж? – возмутилась Василиса. – Мне в школу надо.
– Ну, в Англию поедешь. Там сейчас вся элита учится.
– Не хочу быть элитой.
– Это ты сейчас так говоришь… Пойми, Роман Борисович от тебя не отступится…
– Какой Роман Борисович? Он же Глеб Антонович… Я уже знаю, кто он такой…
– И что ты про него знаешь?
– Все знаю!
– И тебе не страшно?
– Нет!
– А мне кажется, что тебе должно быть страшно. Потому что он – страшный человек. Или ты выйдешь за него замуж, или… Поверь, есть много способов сделать жизнь невыносимой… – Егора едва не стошнило от собственных слов.