К горлу подкатил ком, Шурочка умолкла, а потом разрыдалась. И не могла остановиться минуты три. Выплеснув остатки эмоций, Шурочка напоследок всхлипнула и поникла, словно шарик, из которого выпустили воздух.

— Андрей, — негромко позвал первый ходок. — Белый тигр… мертвые земли на радиоактивной свалке… все сходится.

— Заметил, — Старый кивнул. — Красавица, пакаль был местный, с тигром?

— Так, — Шурочка кивнула.

— И теперь он у Лектора, — констатировал Старый. — Лектор — это главарь?

— Так, — голос у Шурочки вновь дрогнул. — Он… очень страшный человек. Очень! Даже не человек… чудовище какое-то!

— Каспер. — Старый обернулся к первому ходоку: — Ты у нас подкованный в этих делах, не слышал о таком субъекте?

— Слышал, — после недолгого раздумья сказал Каспер. — И если это действительно тот Лектор, дело плохо. Не хотелось бы сравнивать, но… думаю, это твой уровень, Андрей, не ниже. И, пожалуй, у него даже есть преимущество — он не признает никаких правил и всяких там кодексов чести.

— Преимущество является таковым, когда о нем не знает противник, — назидательным тоном заявил Муха. — Да и в чем преимущество-то? В том, что Лектор отморозок, который не признает правил? На том и погорит. Да, Старый?

— Посмотрим, — Андрей пожал плечами. — Всякое бывало. Иногда везло и отморозкам.

— Ну да, — Муха усмехнулся. — Только если на круг — ты все еще жив, а отморозки нет.

— Разберемся, — Старый повертел головой. — Идем по следу банды. Надо опередить квестеров. Спасибо, красавица, за информацию.

— Ты не в обиде, да? — Шурочка встрепенулась.

— Да за что? — Андрей нахмурился, припоминая. — За то, что твои приятели хотели меня из автоматов продырявить? Забудь и расслабься. Даже если бы обижался, то на них, не на тебя. Как тебя зовут?

— Шурочка.

— Иди, Шурочка, вон туда, по тропинке. Выведет к Дымеру. Там сейчас военные должны быть. Они тебя не обидят, вывезут из этих мест. Удачи, красавица.

— Постой! — Шурочка вскочила на ноги и попыталась вцепиться Старому в рукав, но не успела и тогда бросилась к Мухе: — Погодите! Я с вами хочу!

— С чего это вдруг? — Муха пожал плечами и аккуратно отодвинул Шурочку с дороги.

— Я пригожусь! — Девушка метнулась к Касперу. — Я много умею! Я только дерусь не очень, а остальное все могу! Я полезная! Серьезно!

— И мы серьезно. — Каспер усмехнулся. — У нас девицы штатным расписанием не предусмотрены. Извини, лапуля. Оставь телефончик, может, потом в Киеве встретимся.

— Ну почему вы злые такие?! — Шурочка проводила группу взглядом и в очередной раз всхлипнула. — Эх, вы, мужланы бессердечные! Я же пропаду одна! Не умею я так!

— Учись, — отмахнулся Каспер. — Когда, если не сейчас? Давай, Шурочка, до свиданья.

Когда группа скрылась в зарослях, Шурочка еще пару раз тяжело вздохнула, потом вспомнила, что уже давно хочет в туалет, отошла в сторонку и присела. Избавившись от лишней жидкости, она вернулась на тропу и вдруг преобразилась, словно приняла какое-то решение. Может быть, это потому, что больше ничто не мешало думать? Так или иначе, но Шурочка сделалась крайне сосредоточенной и вообще непохожей на прежнюю пухленькую простушку. Со стороны могло показаться, что она даже стала чуть стройнее и выше ростом.

Собравшись, Шурочка прислушалась к лесным звукам, сделала какие-то выводы и уверенно пошагала по следам группы Старого. Пружинисто пошагала, спортивно и ничуть не устало.

До свидания — не до свидания, а упускать Старого «повариха Шурочка» не собиралась. И не потому, что он был завидным женихом. Девушка руководствовалась другими соображениями. Такой была ее главная подсознательная установка. Противиться ей Шурочка не могла. Ведь получила она эту установку не от какого-нибудь экстрасенса-психотерапевта и не от гадалки в подворотне. Шурочка получила ее от «Серого».

Это произошло в финале той самой дымерской истории, сразу после того, как Андрей исчез, твари куда-то ушли, а все люди разбежались по кустам. Шурочка осталась на площади перед разломом реальности одна-одинешенька. Она понимала, что надо бежать со всех ног, но ее взгляд зацепился за изрешеченное пулями тело Ивана Сергеевича, и Шурочка словно окаменела. С гибелью покровителя закончилось не только ее романтическое приключение, но и рухнули все планы на будущее. Что делать дальше? Этот в опрос болезненно пульсировал в сознании, словно нарыв, но даже примерного ответа Шурочка не находила, а потому нарыв никак не вскрывался и все, что ей оставалось — терпеть пульсирующую боль, пока есть силы. И Шурочка терпела. Стояла истуканом посреди площади и терпела.