— Ты тут уже на КамАЗ наговорил, — заметил Гоблин.

— Ничего, значит, добудете КамАЗ! — парировал кулибин. — Теперь так. Не забудьте подсуетиться и прихватить парашюты.

Интересно, почему у меня парашюты не записаны? Есть на базе или наши тупо забыли? Не, братцы, разгильдяйство неизживаемо!

— Первое! С-4у — стандартный подседалищник для пилотов, круглый, вес около двенадцати кэгэ, материал синтетика, минимальная высота прыжка семьдесят метров. Дальше! З–5, это запаска, круглый, вес пять и три, синтетика, минимальная высота двести. Десантный Д-5, с принудительным открытием вытяжного купола фалом, открытие основного ручное или автоматом — брать как тренировочный. Круглый, вес шестнадцать и два, синтетика, минимальная высота двести пятьдесят с задержкой три секунды… И самый цимес! Д-1-5у, это почти как Д-5, только управляемый, материал хлопчатобумажная ткань, посему наиболее удобный для самостоятельного копирования. Может укладываться как на принудительное раскрытие веревкой, так и на свободное падение с ШВП (шаровой вытяжной парашют), семнадцать килограмм, минимальная высота двести пятьдесят… Кстати, Д-1-5у в варианте с ШВП можно использовать как спасательный парашют пилотов в ситуации «на безрыбье», если уж С-4 или С-4у не будет. Вроде все… Держите, тут записал. Свой план я перекроил не полностью — нет необходимости, там и запланированное пригодится, — но кое-что пришлось пересмотреть. Сейчас зачитаю.

— Подожди, Марат, не гони! — прервал я его. — Давай мы твой план сами почитаем, по очереди. А ты пока расскажешь нам кое-что.

Воткнулся он очень быстро, весьма сообразительный малый.

На фотках сразу замечал специальные маркеры: необычную автотехнику на стоянке у Замка, суда на реке, особенности ландшафта самой ранней стадии промышленного развития, личное оружие у людей на улицах, необычные дома. И многое другое. На фотографиях из нашего музея остановился особо, разглядывал долго. А уж что касается зверья…

Задавал правильные вопросы, хорошо реагировал на ответы.

Возьмем изобретателя с собой, если все пойдет по план-графику. Не получилось с квалифицированным конструктором — так упрем самодельщика.

— Я уже все обдумал! — не мог он остановиться. — Крайний срок вашего возвращения известен, а мне ясно, что нужно за это время найти. Кое-что — вообще без проблем, хорошо представляю, где лежит, уж транзисторики вам наберу… В грузовые районы лезть, конечно, рискованно, вероятность нарваться высока. Может, попробовать?

— Не вздумай! — отрезал Мишка. — Всего не схватишь, а голову сложишь! Действуй с разумным азартом, это главное правило. Ты нам про Туапсе расскажи подробней. Мы мимо пойдем, да вдруг чего и пригодится?

— Так ведь я особенных подробностей не знаю, не моя тема, это к старшим надо. Туапсе классный городок. Кто-то его не любит, а мне он всегда нравился. Маленький, тихий… Два пляжа, есть где погулять, посидеть. Прекрасная набережная, много магазинов, на рынках есть все, и недорого. Аквапарк рядом. Цены ниже, чем в Сочи, процентов на тридцать. Городской пляж не очень, я когда там работал, ходил на дикий, что у реки Паук. Народ дружелюбный и приветливый.

— Ты нам сейчас рекламу льешь? — усмехнулся Мишган.

— Понял. Короче, Туапсе под бандой. Флотские сами виноваты — отпустили вожжи, сливались самотеком, а потом уже времени не было, а может, и сил, чтобы заняться зачисткой. Когда теперь у них руки дойдут? Пока они Новороссийск и Геленджик держат. А в Туапсе даже не банда — нормальная группировка.

— Сколько бойцов в строю? — уточнил Сомов, перелистывая тетрадные странички, где Хисатуллин набросал перечень ништяк-продукции, кою он, по собственному уверению, сможет добыть в пригородах Туапсе.

— Активных не менее сорока, я слышал такую цифру, — невесело ответил Марат. — Наверное, могут при необходимости еще десятка два набрать. Конечно, не все в одном месте сидят, разбросаны группами по районам.

— Они что, туда всю нечисть с побережья стянули? — спросил я.

— Сами подтянулись, — подсказал Сомов. — Такие чуют.

Да, это серьезная сила. Даже для Платформы серьезная, если исходить исключительно из численности группировки. Однако мы ничего не знаем об их выучке и слаженности, уровне дисциплины, а также силе мотивации. Если там собрались такие же орлы, что сидели в подорванной «Приоре», то проблема решаемая.

— На прорыв в вашу сторону дергались? — поинтересовался я.

— Пробовали, конечно! Прощупывали несколько раз. Только у нас в Шепси такой заслон стоит… Очень мощный. И вверх по течению река закрыта.

— Серьезный блокпост?

— Сами скоро увидите, Миша. Там даже не блокпост, там крепость.

Стоп-стоп! Работать через границу, оснащенную на уровне государственной? Может, там еще и контрольно-следовая полоса есть?

— Марат, это что получается, и у бандюков такой же блок напротив стоит? Как на межкорейской границе?

Твою ты душу… В таком случае нам придется бросать машину и проходить мимо ножками. Потом опять добывать, доводить… Трахома!

— Нет, тут у этих паразитов преимущество. Сволочуги! — со злостью сказал самородок-мародер. — Они-то знают, что мы к ним не полезем. Никто там не стоит… Никого нет и никогда. Я ведь езжу в пригороды Туапсе! Да и не только я, щипачей хватает.

— Не страшно?

— Страшно, Костя, если ты без ума, — поучительно поведал Марат. — Говорю же тебе, бандюки в ключевых местах сидят! На вокзале, в порту, в грузовом районе, на контейнерке. В кафе-клубе «Ника», в «Каравелле»… У них другой подход к безопасности — никакой, плевать они на все хотели. Вот за морем секут!