Фигура шевельнулась, проговорила хриплым голосом:

— Кто это?

Катон с облегчением вздохнул:

— Это я, Катон.

— Катон? — голос Макрона был полон усталости. — О боги, лишь бы это было правдой.

— Минуту. — Катон повернулся к Аттикусу. — Ты идешь со мной. Муса, Вульсо, следите. Предупредите меня, если кто-нибудь пойдет мимо.

Пригнувшись как можно ниже, Катон пробежал открытое пространство, Аттикус следовал сразу за ним. Они внимательно следили за мятежниками, однако никто не смотрел в их направлении. Оказавшись возле клетки, Катон наморщил нос от запаха человеческих экскрементов. Он припал к земле возле прутьев, напротив Макрона.

— Это действительно ты, — скрежетнул голос Макрона. — А я уже думал, что схожу с ума. Выпусти меня отсюда.

— Где Юлия?

— В шатре. Аякс забрал ее. Велел сперва вымыть.

Катон ощутил, как похолодела кровь в его жилах.

— Он уже…

— Откуда мне знать? — Макрон покачал головой. — Выпусти меня отсюда, и мы освободим ее.

Катон осмотрел дверь клетки.

— Боги, она заперта.

— Конечно, эта сраная дверь заперта, — прошипел Макрон. — Иначе разве сидел бы я тут?

Аттикус усмехнулся:

— Забавно видеть тебя под замком.

— Кто это с тобой? — спросил Макрон. — Неужели этот придурок Аттикус?

— Он самый, — ухмыльнулся купец.

— Ну, дела, — пробормотал Макрон. Он перевел взгляд на друга. — Катон… спасибо тебе.

— Неужели ты думал, что я брошу тебя на верную смерть?

Недолго помолчав, Макрон ответил:

— Случались такие времена, когда надежда меня оставляла.

— Спасибо за доверие.

Макрон сухо усмехнулся.

Вцепившись в прутья двери, Катон скрежетнул зубами, попытавшись раздвинуть их, и с горечью сдался.

— Нужен ключ. У кого он?

— У одного из стражей, вон там, — показал Макрон. — Если я сумею подманить его сюда, вы сумеете вдвоем справиться с ним?

— Придется. — Катон скрючился позади Макрона, жестом приказав Аттикусу лечь.

Схватив прутья клетки, Макрон набрал полную грудь воздух и завопил:

— Стража! Стража! Сюда!

Сделав паузу, он повторил крик, уже сильнее сотрясая прутья. Один из стоявших у шатра мужчин повернулся в его сторону и что-то проговорил, обращаясь к мятежнику, караулившему Макрона и Юлию с момента их пленения. Подобрав с земли копье, он усталым шагом направился к клетке.

— Заткнись, римлянин!

— Имел я тебя! — завопил Макрон, вновь сотрясая клетку. — Имел я тебя, и твою мамашу, старую эту каргу!

Страж замер на месте, а потом опустил копье и, рыча от гнева, рванулся вперед к клетке.

— Дерьмо… — только и успел выговорить Макрон прежде, чем наконечник копья звякнул о прутья, и он уклонился в сторону, чтобы избежать удара.

Немедленно перехватив древко копья, Макрон резко дернул его в сторону. Отклонившийся тупой конец лишил стражника равновесия, тот споткнулся и врезался в стенку клетки. Выпустив копье, Макрон просунул обе могучие руки между прутьями, обхватив шею тщетно пытавшегося освободиться врага и притиснув его к прутьям.

— Делайте его! — проворчал Макрон. — Делайте, пока не вырвался.

Аттикус первым обежал угол клетки и всем телом навалился на стража, не давая ему перевести дух; напряг руки, удушая мятежника. После недолгого сопротивления тот обмяк. Возле шатра Аякса кто-то вскрикнул, и Катон увидел, что остальные мятежники смотрят в их сторону через открытое пространство… Осознав происходящее, они похватали оружие и бросились в сторону клетки.

— Ключ ищи! — крикнул Макрон Аттикусу.

Глянув в сторону Мусы и Вульсо, Катон отчаянным голосом крикнул:

— Ко мне!

Сорвав ключ с шеи стража, Аттикус вставил его в замочную скважину, пока мятежники бежали к ним. Едва щелкнул замок, Макрон распахнул настежь дверь клетки и схватил копье стража. Пригнувшись, он выставил его в сторону набегавших врагов, а Аттикус и Катон обнажили мечи. Издав полный звериной ярости вопль, Макрон рванулся вперед.

— Великий Тартар, он такой же, как был, — негромко ругнулся Катон, торопясь за своим другом по правую руку от него, в то время как Аттикус перешел налево.

Ярость на лице Макрона, наверное, была очевидна даже в слабом свете костерка, мерцавшего перед шатром Аякса, ибо мятежники явно дрогнули и, со страхом озираясь вокруг, выставили вперед оружие. Их было семеро, точнее восьмеро, если добавить старуху, схватившую топор и в исступлении поспешившую за остальными.

Посмотрев вперед, Катон заметил, что враги опустили копья. Разрыв между двумя группами все сокращался. Мятежники пригнулись, расставив ноги и приготовившись к обороне, выставили копья. Макрон и два его спутника бежали вперед, Муса и Вульсо старались догнать их.