Вернувшись в отель, Дима включил ноутбук, вышел в Интернет и оправился в путешествие по сайтам, чтобы узнать, как поступают в случае утери подобных документов. Выяснилось, что такого рода вещи восстанавливаются в ЗАГСе по месту прописки, а это означало повторное путешествие в ту же самую деревню. Да, можно было бы и раньше сообразить… Но теперь поздно, придется ехать еще раз. И лучше завтра, прямо с утра.

Дима никогда не любил государственных учреждений. Впрочем, а кто их любит? Похоже, даже сами сотрудники не испытывают никаких теплых чувств ни к месту своей службы, ни к самой работе, ни к посетителям. Уж последнее — так точно. Ему пришлось немало помотаться и потратить кучу времени, прежде чем он сумел разыскать нужную инстанцию, оставить запрос и узнать, что копия свидетельства будет готова не раньше чем через две недели. Хорошо еще, что ее можно было получить по почте, а не приезжать лично.<

> В Москву Дмитрий вернулся с ощущением усталости и какой-то непонятной опустошенности. Не хотелось никого видеть, даже от встреч с Ник-Ником Дима отказывался и переносил их до тех пор, пока его супервизор не уехал в длительный отпуск, как всегда делал летом.

Обещанные две недели превратились в три с половиной. Только в начале июня Дима получил заказное письмо из ЗАГСа — письмо, в котором сообщалось, что данных о смерти Надежды Васильевны Щеголевой (девичья фамилия Кошкина), 1970 года рождения, в ЗАГСе нет.

То есть как это — «нет»? Дмитрий был настолько ошарашен, что разыскал телефон ЗАГСа и с большим трудом дозвонился туда, потратив на это аж несколько дней. Но все оказалось зря. Ему лишь подтвердили, что подобные данные в архивах отсутствуют. Что это значит, никто объяснить не мог. Может, информация потерялась, может, произошла еще какая-то ошибка. Но, во всяком случае, сведения о Надином рождении есть, а о смерти нет.

— Но что же мне делать? — обескураженно спросил Дмитрий.

— Попробуйте обратиться по месту смерти, — последовал ответ. — Вы знаете, где она умерла?

— Да, в больнице, в Саратовской области.

— Ну, так тем более, — проговорила в трубке неизвестная женщина. — Такие сведения обязательно регистрируются и сохраняются в архивах. Свяжитесь с больницей.

Легко сказать… Дмитрию стоило немалых усилий вспомнить, где располагалась больница, в которую их привезли после аварии. С помощью все того же незаменимого помощника современного человека — Интернета — он, наконец, сумел отыскать координаты клиники и отправить туда запрос.

Ответа не было долго, слишком долго, по его мнению. Дмитрий несколько раз в день проверял электронную почту и дважды, утром и вечером, заглядывал в почтовый ящик на первом этаже своего дома. Но ни там, ни там ничего не обнаруживалось. Письма из прошлого тоже больше не приходили. Возникало такое чувство, будто их таинственная отправительница (или отправитель?) узнала о том, что он начал поиски, и затаилась на время…

И тут, когда Дмитрий уже почти перестал ждать, пришло сообщение из Саратовской области.

«Сообщаем по вашему запросу, — гласил текст на экране ноутбука, — что сведений о смерти гражданки Щеголевой Надежды Васильевны 1970 г.р. в архивах больницы нет. Гражданка Щеголева Надежда Васильевна была доставлена в больницу 19 мая 2003 года с переломом предплечья, полученным в результате ДТП. Щеголева находилась на стационарном излечении с 20 по 23 мая. 23 мая она сбежала из больницы, не закончив лечение и не поставив никого из персонала в известность».

— Полина Аркадьевна, вы так и не сказали, что приготовить на ужин, — домработница догнала ее уже на крыльце.

— Господи, Ира, да готовь что хочешь, — отмахнулась Полина, доставая ключи от машины. — Мне совершенно все равно.

— А Павел Михайлович? — не отставала домработница. — Он сегодня будет ужинать дома?

— Понятия не имею. Спроси у него самого, он, наверное, уже проснулся. — Полина кинула взгляд на украшавшие ее запястье изящные часики из розового золота — подарок мужа на Новый год. — И вообще, я уже опаздываю. Придумай что-нибудь сама, ладно?

Она даже не обернулась, чтобы проверить, закрылись ли за ее автомобилем автоматические ворота. Это Полину мало интересовало, как мало интересовал с недавних пор и весь ее дом, и та жизнь, которую она вела последние несколько лет. А ведь совсем недавно все было по-другому. Совсем недавно она была уверена, что наконец-то нашла себя, обрела гармонию, стабильность, благополучие… Может быть, даже счастье. Но, как выяснилось, все это было лишь иллюзией. Малейший толчок — и все ощущение стабильности тут же рухнуло. В один миг, из-за одной получасовой встречи. Черт бы побрал этого Дмитрия! И принесла же его нелегкая…

Летнее утро выдалось как по заказу — ясное, радостное, безоблачное. Днем, скорее всего, будет жарко, может быть, даже слишком жарко, но сейчас, пока солнце еще не высоко, вокруг просто благодать. Полине вдруг впервые за долгое время захотелось не на работу, а куда-нибудь на прогулку: в лес, на луг, к пруду или на берег реки. Чтобы сесть на траву в тени раскидистого дерева, привалиться спиной к шершавому стволу, скинуть туфли, вытянуть ноги, слушать пение птиц, смотреть на воду и не думать ни о чем. Вообще ни о чем. Особенно о Дмитрии.