— Ну не все же так плохо, — попытался возразить я.

— Альтруистов и сейчас хватает с избытком. Но они тоже получают свою выгоду. Ведь каждый из них втайне надеется на благодарность, пусть не сейчас, пусть не сразу.

— Это уже Ницше, который утверждал, что люди пытаются добрыми делами купить себе место в раю. — Я посмотрел на Свету и, кажется, начал понимать, к чему она клонит.

— Старик был не так далек от истины. Так что, друг мой, придется тебе в поте лица изучать секс-анатомию. Вот скажи мне, например, ты хоть знаешь, где у женщины находится клитор?

— Теоретически, — честно ответил я и скорее всего в этот момент покраснел.

— А надо бы практически. Клитор — самая сильная эрогенная зона и найти его у женщины за считанные секунды в любом состоянии ты просто обязан.

— Что, это так важно?

— Не то слово! — Света рассмеялась. — А помимо клитора у женщины существует более сотни других эрогенных зон. И ты их все должен знать. Вообще, если уж говорить начистоту, то добрых пятьдесят процентов мужиков пребывают в твердой уверенности, что, всадив женщине свой аппарат для размножения и, подергав там его минут пятнадцать, и хорошо бы, если б столько, он ее удовлетворит. Ничего подобного. Женщина существо тонкое и чувствительное. Ты никогда не задумывался, почему столько лесбиянок нынче развелось?

— Модно, — резонно ответил я.

— Может, и модно. Только вот если женщину гладить в правильных местах и в нужной последовательности, можно у нее такой оргазм вызвать, какой не вызовешь хоть ты ее трахай часами. Если женщина не готова к сексу или ей сегодня он ей просто не нужен, поверь мне, даже секс с любимым мужиком ею будет приравнен к изнасилованию. А чтобы женщина захотела, нужно ее чувствовать, чувствовать всеми органами, включая магию. Ну и обладать багажом знаний. Так что вперед, мой друг, бери не количеством, а качеством. Впрочем, — Света на секунду задумалась, — количество тоже играет важную роль, ну и периодичность.

И с этого момента я пахал в постели не хуже раба на сахарной плантации. Сначала у меня выходило довольно грубо и топорно. И я получал от Светы кучу резких и колких, но самое главное, очень обидных замечаний и комментариев, повторять которые я не буду, потому что мне просто стыдно. Затем у меня стало получаться все лучше и лучше и, когда Света впервые закричала от моих ласк, я начал безумно гордиться собой.

Оказалось, что Светина теория «ты мне, я тебе», касалась и ее самой. Она учила меня не только из любопытства и желания помочь. Ей тоже нужен был хороший партнер в постели, равный ей по опыту. И когда я освоил все, что мог бы освоить мужчина в постели, она перестала имитировать в постели непуганую девочку и вновь стала всячески ублажать меня. И тогда наши взаимные ласки по полночи погружали нас в такой водоворот эмоций, что нам было трудно после этого даже пошевелиться, и я нередко засыпал лежа прямо на Свете. Бояться мне было нечего, ведь она не могла иметь детей. Впрочем, как правильно пользоваться средствами контрацепции, она меня тоже обучила. Она прекрасно понимала, и мы об этом с ней не раз говорили, что рано или поздно подвернется какая-нибудь другая женщина, а может быть, и сразу две.

Света не боялась меня потерять. Она знала, что я буду возвращаться к ней до тех пор, пока не встречу свою настоящую любовь, при этом она всегда помнила, что любви во мне больше нет. Так что она лишь опасалась, как бы я не подхватил чего-нибудь неприятного и не наградил этим и ее. Поэтому ликбез о венерических заболеваниях и их последствиях проводился со мной не раз и даже не два.

Лето пролетело абсолютно незаметно. Я прочно закрепился в редакции журнала, с которым начал сотрудничать еще весной. Затем нашел себе еще пару изданий, с которыми мог работать журналист моего тогдашнего уровня. И совершенно неожиданно для себя пришел к мысли, что теперь у меня есть деньги. Хоть и небольшие, зато свои. Родители мои в то время уже были людьми обеспеченными, с ними не было необходимости делиться, и по этой причине в моем кармане никогда не бывало меньше сотни баксов. Деньги я всегда тратил экономно. Да и особой тяги к роскоши я никогда не питал. Одевался и до сих пор одеваюсь очень скромно. И решительно не понимаю, чем туфли за сто пятьдесят долларов отличаются от почти таких же за тысячу, кроме престижной марки. Но я вращался и до сих пор вращаюсь в обществе, где людям абсолютно неинтересно, какой фирмы часы я ношу. Там скорее могут спросить о моем компьютере или cd-проигрывателе, нежели о том, в каком бутике я купил себе рубашку. И, честно признаюсь, этот факт меня очень радует.

Учеба обрушилась на меня как снег на голову. Я едва не забыл прийти первого сентября в университет. Однако я чувствовал себя уверенно. Правильно распределив время, я смог за лето прочесть все необходимые книги по программе русской и зарубежной литературы и теперь мне только оставалось посещать наиболее важные лекции и семинары.

С Яной после нашего бурного расставания я встретился в первый же день учебы. По дороге в университет я мучительно размышлял о том, какой она передо мной предстанет? Какими глазами я на нее посмотрю? Однако ничего страшного не случилось. Загоревшая и слегка пополневшая Яна излучала здоровье и жизнерадостность. Ни единого оттенка грусти или сожаления я не увидел в ее глазах. Что ж, этого и следовало ожидать. Неужели я мог надеяться на то, что она проплачет в подушку все лето, вспоминая о потерянной любви? В восемнадцать лет девушки редко горюют по молодым людям больше месяца, хотя, конечно, в каждом правиле есть и свои исключения.

Втянувшись в учебный процесс, я неожиданно для себя обнаружил пристальное внимание к моей скромной персоне со стороны женского пола. Я долго ломал голову над этим феноменом. Ведь никого в магические сети я пока не завлекал, да и вел себя совершенно так же, как и всегда. Мои сомнения разрешила мудрая Светлана, сказав, что мужчина, у которого есть постоянная сексуальная партнерша, всегда чувствует себя уверенней. А этим в восемнадцать лет могли похвастаться далеко не все мои однокурсники. Тем более что Светлана буквально вбила мне в голову мысль о том, что я действительно привлекателен как мужчина. Эта мысль настолько въелась мне в мозги, что я сам в нее поверил и нередко, разглядывая себя в зеркало, думал о том, что в общем-то она где-то права. Поверьте мне, нет более страшного оружия в руках женщины, чем игра на мужском тщеславии и самолюбии. Даже Квазимодо при желании можно было убедить, что он писаный красавец.

Девушки обращали на меня внимание и всячески намекали на то, что они не прочь со мной пофлиртовать. Но флирт мне был не нужен, мне был нужен секс и чем больше, тем лучше. Едва моя половая жизнь стала более или менее стабильной, необходимость почти в ежедневных любовных утехах стала для меня хлебом насущным. Уже тогда я начал догадываться о том, что дело тут не в простой физиологии и молодом растущем организме.

Ведь, как ни крути, но магией я пользовался весьма активно. Я уже знал, как с ее помощью можно усилить свой оргазм или оргазм партнерши. Я мог на три-четыре минуты продлить половой акт, и вот магия мне начала присылать первые счета. Я начал отчетливо понимать, что когда-нибудь настанет день, когда я не смогу продержаться без секса и двух суток. И тогда я еще не знал, что эта ломка будет похуже, чем никотиновая. О наркотических и алкогольных, слава Богу, я знал только понаслышке.